Не бойся быть ближе

 – Он наклонился и потерся носом о ее волосы. Боже, она пахнет так восхитительно. – София, я хочу, чтобы ты перестала волноваться и немного расслабилась.

– Не знаю, получится ли у меня, – после длительной паузы ответила она. – Тебе легче.

Ее слова больно ранили.

– Я не умею… быть несерьезной. – София положила голову ему на плечо, и он снова обнял ее. – Я хочу сказать…. Я сама не знаю, что говорю.

Похоже, она знает о его бывшей невесте. Но слышала ли она о том, как он сорвался с цепи после своей несостоявшейся свадьбы? У него было несколько громких коротких романов, а потом он устал от несерьезных отношений.

Эрик не любил Пруденс, но, по крайней мере, она была ему небезразлична, а секса ради физического удовлетворения оказалось недостаточно. Ему хотелось большего.

И ему казалось, что София может дать ему больше чем просто секс.

– Все хорошо, – сказал Эрик и поцеловал ее в макушку. – Мы не будем заводить интрижку. – Его тело напряглось в знак протеста, но он не обращал внимания. Он сходил с ума от желания овладеть Софией, но друзей нельзя принуждать к сексу.

Она фыркнула в ответ.

– Но, – продолжил Эрик, – если ты передумаешь, дай мне знать. София, ты небезразлична мне. И я ни за что не обижу тебя.

Она молчала, но не вырывалась из его объятий.

– Будем друзьями, ладно?

– Ладно, – согласился он. Быть друзьями чудесно. А друзьями, которых связывают сексуальные отношения, еще лучше. Но Эрик сумел удержать свой рот закрытым. – Навсегда.

София вздохнула и прижалась к нему еще крепче.

– Спасибо, – прошептала она.

И хоть Эрик остался без секса, он испытывал нечто необыкновенное, просто держа Софию в своих руках, поэтому он закрыл глаза и наслаждался этим моментом.

Он погладил ее по волосам, и она снова вздохнула. И даже этого тихого вздоха хватило, чтобы ему стало хорошо. Даже здорово.

Он нуждался в ней, и, даже если между ними больше ничего не будет, он будет довольствоваться дружескими отношениями. По крайней мере, пока.

Машина подскочила на ямке, и щека Софии коснулась того места, где было спрятано фото с ее детьми.

Невозможно, но Эрик нуждался и в них тоже. В их смехе, объятиях, в их радости. Он хотел, чтобы в его жизни снова появилась невинность. Эрик устал быть циничным и держать людей на расстоянии, потому что они только и делали, что разочаровывали его.

Так они и сидели, и Эрик наслаждался ощущением тела Софии, прижатого к его собственному. И даже это почти что платоническое чувство казалось правильным. Место Софии – рядом с ним.