Не бойся желаний

Она согласилась и даже села в машину. Но как только Тэд вынул из заключения смартфон, вмешалась Ингрид. Отказать ей было куда сложней, чем Тэду. Он-то не обидится и поймет. А обед никуда не денется. Тем более это она должна угощать, что Варвара и пообещала. Слово она держать умеет.

В гримерной «Ленфильма» сидел господин, одетый по моде конца XIX века. Пиджак английского твида, яркая жилетка, сорочка – воротник с загнутыми концами – и шелковый галстук с бриллиантовой булавкой. Ну, как бы бриллиантовой. На жилетке цепочка из поддельного золота, на мизинце перстень с фальшивым рубином.

Типичный состоятельный мужчина, живущий в свое удовольствие, то есть имеющий дом, капитал, жену и любовницу из певичек театра «Аквариум». Художник по костюмам постаралась. Варвара невольно залюбовалась утерянной красотой. Потом получила тычок от Ингрид.

– А вот и мы! – игриво сказала та, подталкивая Варвару. – Глеб, моя подруга, которая мечтает с тобой познакомиться.

Господин старинного облика неторопливо и даже вальяжно встал с пластикового стула, поклонился и протянул ладонь, чтобы, значит, поцеловать даме ручку.

Актер был в образе и не хотел выходить из него. Варвара руку протянула и ощутила липкие губы. Целовать даме ручку так, чтобы не осталось следа, актер не умел. И вообще не понимал, что такое манеры приличного мужчины. Как держать себя, как кланяться, как носить одежду. Учителей давно не осталось, насмотрелся советских фильмов про загнивающую аристократию. Фальшивка, одним словом, а не история.

– Приятно познакомиться, мадемуазель, – манерничая и не зная этого, сказал он. – Позвольте представиться: Гурымов. С кем имею честь?

– Кого вы играете? – ответила Варвара грубо. По меркам XIX века, конечно. Для нас сойдет.

– Начальника сыскной полиции, статского советника Шереметьевского, знаете такого?

– Знаю, – сказала Варвара. – Под его начальством служил мой прапрадед, чиновник сыска.

– Как интересно! Что можете сказать о нем? Мне важно понимать образ, который играю. Снимаем без репетиций, гоним сцены что есть сил.

Про Шереметьевского Варвара не могла сказать ничего хорошего. Чтобы не обижать актера, и без того обделенного знанием, взяла грех на душу: сказала, что он был хорошим полицейским.

– Про что снимаете? – спросила она, получив от Ингрид строгий взгляд: дескать, не зарывайся, подруга, если подпустили к пирожному.

– Экранизация исторического детектива Антона Чижа «Бой бабочек». Читали такой?

– Нет, не читала, – ответила Варвара.