Не бойся желаний

Настоящий запах Петербурга.

Лифт не работал. Варвара поднялась по разбитой лестнице.

Квартира 3 находилась на четвертом этаже. Для Петербурга это нормально. После трех революций и множества перестроек нумерация квартир могла не иметь ни малейшей логики. Что Варвару ужасно злило.

На лестничной площадке Мити не было. В сочетании с молчащим телефоном – откровенное хамство с его стороны. Варвара собралась обидеться и уйти, но заметила, что дверь квартиры приоткрыта. Выпал шанс проверить догадку. Разве можно упустить? Она извинится перед актрисой, объяснит, что приехала раньше ассистента с распечатанной ролью, а сама попробует понять: вчера в маске была Торчак?

Варвара нажала на кнопку звонка.

Из прихожей донеслась мелодичная трель.

Хозяйка квартиры не спешила. Немного подождав, Варвара потянула на себя дверную ручку и заглянула в прихожую.

– Добрый день! – прокричала она.

Ответила тишина. Она показалась нехорошей. Как будто в квартире никого не было.

Не обдумав, что делает, Варвара вошла в прихожую.

Туда выходили две комнаты.

Стеклянные двери были открыты. Варвара заглянула и узнала, как живет актриса Торчак: не слишком соблюдая порядок. В доме царил ужасный бардак. За такие снимки желтая пресса заплатит щедро. Варвара не торговала чужим грязным бельем. Тем более – знаменитых актрис. Все-таки корпоративная солидарность.

Коридор уходил за поворот. В квартире ощущался странный запах, неприятный, вызывающий беспокойство. Окончательно потеряв чувство меры, Варвара направилась туда, где неизбежно должна находиться кухня.

Она зашла за угол коридора и увидела женщину в глухом черном платье старинного покроя с откинутым капюшоном. Та сидела на стуле. Голова была низко опущена, подбородок упирался в грудь. Запах стал очень сильным. Варвара едва успела заметить, что руки и ноги женщины стянуты красными полосками, как в коридоре грохнуло, раздался топот, и над ее головой гаркнули:

– Стоять! Руки за голову!

Варвара хотела объяснить, что она здесь случайно, но получила тычок между лопаток и узнала, как это больно: упасть щекой на кафельный пол.

Капитан Половец был настолько любезен, что принес из холодильника замороженную курицу. Варвара приложила холод к ушибу, грозившему украсить лицо синяком. Было еще больно, но уже полегче.

На кухне работали криминалисты, по коридору бродил полицейский.

Варвара с курицей и капитаном сидели в гостиной, среди гор разбросанной одежды. Будто актриса не умела пользоваться шкафом.

– Варвара Георгиевна, – начал Половец.