Не бойся желаний

Он освободил руку и натянул рукав.

– На удачу… Отгонять всякую гадость. У нас знаешь сколько тут всякой гадости.

Варвара знала. Она смотрела несколько серий его сериала.

– Оберегом завязывают красную нитку.

– А мне так захотелось! – с вызовом ответил Митя. – Взял и… и все.

– Откуда у тебя красная стяжка?

– Одолжил у осветителей. Варь, прости, мне пора.

Митя кивнул и направился к павильону. Подхватив Пансофия. И в щеку не чмокнул. Варвара заставила себя не придавать этому значения.

Киношники – они безжалостные. Труп живым человеком заменяют. Какое бессердечие!

Торчак улыбалась нежно. К фотографии тянулись две гвоздики. Вместо траурной рамки снимок приклеили на большой лист черной бумаги. Только две даты. Без лишних слов. Звезды не нуждаются в деталях. Каждому заходящему со служебного входа сразу понятно, кого потерял театр.

Варвара задержала взгляд чуть дольше. Она пыталась угадать: как с маской и очками, да еще прикрытая капюшоном выглядела актриса, когда подносила ей поднос с бокалом.

Ничего не понять, черное все скрадывает.

Тот же старый вахтер, только с покрасневшими глазами, спросил, куда она собралась. Варвара смело сказала, что Софию Валевскую ждет главный режиссер по личному делу. Вахтер глянул в какой-то список и пропустил. Даже подсказал: главный сейчас не у себя, а на сцене. Дорогу найдете? В театре она не боялась заблудиться.

Думать над одеждой для визита времени не было. Варвара надела проверенное.

Пусть будет оригинальной москвичкой: в одном костюме. В конце концов, она смотрит в прошлое и будущее, а не в журналы мод. Поправив маску и насадив солнечные очки поглубже на переносицу, Варвара проследовала за кулисы сцены.

Кулис, вообще-то, не имелось. Зеркало сцены было затянуто густым черным бархатом. Посредине возвышался постамент, затянутый в красное. На нем стоял гроб, который походил на хрустальное ложе Спящей царевны. В гробу лежал Мукомолов, сложив руки на груди.

Скорбящих братьев-богатырей не наблюдалось.

– Коля, левый софит чуть выше, – крикнул он, не открывая глаз. Пятно желтого света послушно сдвинулось с груди ему на лицо. – Хорошо, попал.

Целовать спящего царевича не хотелось. Варвара вежливо и громко кашлянула. Мукомолов повернул голову и открыл глаз.

– О, как приятно! Софи, проходите, не бойтесь!

– Я не боюсь, – ответила она и подошла к сказочному гробу.