— Как тебе он? Классный правда?
— Хороший парень, — улыбнулась Нина. — Но не такой простой, как тебе кажется. Сам себе на уме. Но к тебе относится искренне, насколько я увидела.
Алиса довольно улыбнулась, говорить о Сабурове было безопасно и приятно. Особенно было приятно одобрение Нины. Поэтому Алиса снова и снова возвращалась к вечеру в его квартире, переживая приятные эмоции.
Нина слушала, не перебивая, пока Алиса не замолчала.
— Ты бы начала с ним отношения, если бы была официально свободна? — наконец, спросила психотерапевт.
— Не знаю, — Алиса смутилась. — Он мне очень нравится, он… я не знаю, мне с ним очень хорошо, как с родным человеком, вот. Рядом с ним я не чувствую себя уродливой и жирной, как с Германом. Игнат… он… но… я боюсь, что ничего не получится и я потеряю самое ценное, что у меня есть. Его дружбу.
Нина понимающе кивнула.
— А Герман? Что ты почувствовала, когда он тебя поцеловал при всех?
Вот этого вопроса Алиса и боялась. Подперла голову ладонью лишь бы не глядеть Нине в глаза и задумчиво водила пальцем по кромке бокала из-под сока.
К горлу подступал ненавистный ком, который так сильно колол изнутри, что на глазах проступали слезы.
— Не хочу об этом говорить, — глухо произнесла Алиса.
— А что ты хочешь?
Алиса подняла на Нину глаза полные слез.
— Хочу чтобы ему было больно! Чтобы он мучался как и я. Чтобы он…
Она не договорила, громко всхлипнула, и Нина пододвинула ей упаковку бумажных платков.
— Ты же только что его жалела?! И потом он с твоих слов был очень расстроен, когда ворвался сегодня в квартиру Игната.
Этого недостаточно?
— Нет! — Алиса гневно сверкнула глазами. — Хочу, чтобы его бросила эта Яна! Хочу чтобы жизнь его наказала! Он же так ее сильно любит! Так любит!
Нина лишь вздохнула.
— Ты понимаешь, что пока ты его не простишь, ты не сдвинешься с места, Алиса? Застрянешь в своей обиде, будешь и дальше жалеть себя.
— А мне не за что себя жалеть? — обиженно спросила Алиса. С Ниной она себя предельно “отпускала”. Иногда Алисе казалось, что даже с собой она не была настолько искренна.
"
"— То, что сделал Герман в вашу брачную ночь недопустимо, никаких оправданий его быть не может, — спокойно сказала Нина. — Он поставил крест на ваших отношениях. После такого любовь, доверие и уважение между людьми уже невозможны. Даже то, что он спас тебя от пьяного отца не сделает ваши отношения, такими, какие должны быть между мужем и женой. Но ты можешь научиться ровно к нему относиться. И для этого нужно простить.
