— Решил из меня шлюху сделать? Сколько можно меня подкладывать под нужных тебе баб?
— Столько, сколько нужно! — огрызнулся отец. — Ты забыл, на чьи деньги живешь? Кто тебя с того света вернул? Всегда был никчемным идиотом, мажором, мать тебя защищала, разбаловала! Девочка в истерике бьется из-за тебя. Влюбилась в тебя, идиота! Не понимаю, что они в тебе находят!
— Я избавил ее от иллюзий, ничего больше. Если она не принимает правду, это ее проблемы.
Последняя фраза явно была лишней.
— Ее проблемы?! Ее? — взревел отец. — Я тебя не трогал, послушался, мудак, твоей матери. Гера только из комы вышел, Гера только что развелся, Гера хочет создать что-то свое… А ты забыл как клянчил у меня должность в компании? Как истерил, требовал включить тебя в правление? А теперь, значит, в кусты? Нет, родной мой, вытаскивай свою жопу и вперед на баррикады! Ты еще у нас акционер, если забыл. Потом можешь ко мне не приходить, когда твоя лабуда провалится. Стартапер хренов!
— Сильно прижали, пап? — спросил Герман, в голове у него уже сформировался план будущих действий.
В принципе, он давно уже знал, как должен поступить, родители лишь ускорили его решение. — Не как с Климовым было, а? Вспомнил прокурора добрым словом?
Отец от души выматерился. Этим и подтвердил догадки Германа. Свято место пусто не бывает. Это понимал даже такой “никчемный идиот” как он. Так что странно было радоваться смерти Климова, на его место придут другие и не факт, что с ними будет проще.
Прокурор хотя бы в дела не лез, просто имел свою долю от родственника, а теперь все по-другому.
Герман понял, что отцу не сладко, когда еще был женат на Алисе. Удивился, конечно, когда вдове отдали ее долю, а потом быстро сообразил, почему. Заставили. А потом и поприжали, поди, раз такой хитрожопый как Сабуров сбежал как крыса с корабля. Уж он всегда точно знает, когда жареным запахнет.
— … мне очень надо, чтобы ты помог, Гера! А ты вместо этого все только рушишь.
Девочка готова тебя простить, так что вперед, пора и тебе поработать!
Интересно чем поработать?
Герман зло рассмеялся про себя.
— Нет, пап, я в эти игры больше не играю. Мне и в первый раз не надо было лезть в это дерьмо. А сейчас тем более. Ты сам со всем прекрасно разберешься. Я только все сделаю хуже. В этом у меня талант. Девочка найдет себе другую игрушку и успокоится. Все рассосется.
