Тут выяснилось, что мой проводник ― вовсе не подросток, а старушка, очень худая, со сморщенным личиком, выглядывавшим из-под низко повязанного платка."
"― С возвращеньецем вас, Елизавета Петровна, ― прочирикала она высоким голосом. ― Я вам тут отужинать припасла и песику вашему сахарную косточку.
Старушка поклонилась в пояс и тихонько удалилась, оставив нас с Гошей в одиночестве.
Главным украшением светелки была угловая печка, выложенная синими голландскими изразцами. Слева у стены стояла девичья кровать с никелированными шарами на спинках, застеленная подзором ручной вышивки и одеялом из разноцветных кусочков ткани.
В головах кровати высилась пирамида подушек. У противоположной стены стоял комод с небольшим зеркальцем, напротив двери ― окошко, у которого примостился столик для рукоделия и кресло с прямой спинкой. Посреди комнаты, на полу лежал коврик не первой молодости. Ветерок из приоткрытого окна чуть шевелил тюлевую занавеску. Спартанская обстановка. Как раз для непритязательной компаньонки. Моя сумка и Гошины вещи лежали у двери.
На столике стоял поднос с кринкой молока и ломтем домашнего хлеба на тарелке. В отдельной миске ― косточка из бульона.
Гоша отдал должное косточке и даже утащил ее в свою корзинку, чтобы и во сне с ней не расставаться. Я тоже пожевала свой ужин и решила укладываться спать. Ванная комната нашлась за соседней дверью. Удобства были вполне современные, блистали чистотой, и из крана текла теплая вода. Почистив зубы, я забралась под перину и задула свечу. Темнота не была полной, ее разбавлял оптимистичный огонек лампадки перед иконой, стоявшей на полочке в красном углу.
Откуда-то с улицы донесся мужской бас:
― Ну, что, вернулась-таки?
― Вернулась, вернулась, ― ответила Глаша.
― То-то! От нее не убежишь, хоть живой, хоть мертвый...
Хлопнула дверь, и наступила тишина.
В интересное место я попала. Чудной дом, чудные обитатели. Кто я тут? Родственница или наемная работница? Внучка на окладе... Зачем называть меня Лизой? Полина ― не сложное имя, легко запомнить.
Эмма Францевна совсем не выглядит склеротической старушкой, ей от силы лет шестьдесят. А уж пасьянсы требуют сосредоточенности, внимания и хорошей памяти. Ну, да, как говориться, у каждого свой скелет в шкафу!..
Интересно, зачем они держат скелет в шкафу? Я имею в виду шкаф в комнате, где сидела женщина, от которой пахло медом и властью. Однако запах смерти и нафталина доминировал. Очень хотелось задрать морду и завыть во весь голос первобытного страха.
