Не бывшая жена миллионера

Поджимает под себя ногу, давая мне возможность насладиться созерцанием своих стройных щиколоток. – Она протухла, и я её выкинула.

– Прости. Было много дел. – Кладу ноутбук на журнальный столик перед ней. Заглядываю в глаза, стараясь выглядеть как можно серьёзней. – Надо кое-что тебе показать.

– Подожди. – Она жестом останавливает меня. Тихо выдыхает, явно собираясь с мыслями. – Я тоже хочу тебе кое-что рассказать. Позволишь?

– Пожалуйста.

Мышка расплывается в радостной улыбке. Облизывает пересохшие губы, не отводя от меня пристального взгляда.

Я напрягаюсь. Слежу за её движениями, видя, как она достаёт из верхнего ящика комода какой-то пластиковый предмет. Кладёт его прямо на ноутбук, замирая в нерешительности.

– Вот.

– Что это? – Слова вырываются через силу. Понимаю, что это не сон, но отчаянно хочу проснуться. Удостовериться, что мышка всё ещё моя.

– Тест на беременность. Положительный. – Нервно выдыхает, алея румянцем. – Я беременна, Никита.

– Поздравляю. – Говорю больше на автомате.

Вскакиваю с дивана, заложив руки за спину. Подхожу к окну, чтобы она не видела моего негодования. – Артур счастлив, наверное?

– Ты – отец малыша, Антонов. – Нежные руки обнимают меня за талию. Заставляют повернуться на сто восемьдесят градусов. – Я была только с тобой.

– Мышка, я не идиот. – Улыбаюсь, но улыбка выходит кривой, неестественной. – Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы не понять твой интерес к садовнику Ямамото.

Высвобождаюсь от её объятий, оглядывая стройную фигурку.

Ощущаю тупую боль в грудине от того, что эта малышка больше мне не принадлежит.

– Не было никакого интереса, Антонов. – Она говорит очень грустно, почти хрипит. – Я просто была непроходимой дурой. Не смогла сразу поделиться с тобой секретом Минами, а потом было слишком поздно.

– Причём здесь она? – Пытаюсь сосредоточиться на словах мышки. Получается плохо – перед глазами встаёт Артур в своих боксерах, оттирающийся возле моей жены. – Какой секрет?

– Подожди. – Ладошкой останавливает мой поток мыслей.

Тонкий указательный палец запечатывает дальнейшую фразу. Заставляет замолчать и я как баран упираюсь взглядом в до боли любимые глаза. Пытаюсь понять – лжёт ли мне сейчас мышка, или нет.

Чёрт, понимаю, что даже если ребёнок не мой, а этого грязного садовника, я всё равно не брошу её одну. Не позволю ютится в этой квартире вместе с малышом, перебиваясь на пособие по безработице. Идиот? Возможно, но я хочу дать нам шанс стать счастливой семьёй.