Зато всю ночь виделся Денис Олегович со своей неизменной усмешкой и порочным горящим взглядом. Даже в пот бросает, когда вспоминаю, что было во сне после того, как он вызвал меня к себе в кабинет…
Я открываю глаза и потягиваюсь. Спину жутко ломит после сна на полу. Надо будет заехать в «Икею» и купить раскладушку.
Тихонько, чтобы не разбудить Аню, иду в ванную комнату и принимаю душ, пытаясь унять настойчивую пульсацию между ног. От того, что у меня не получается этого сделать, я злюсь, но на себя всё же чуточку меньше, чем на Дениса.
Приготовив завтрак для сестры, возвращаюсь в комнату и выбираю подходящую одежду. Стараюсь вести себя тихо словно мышка. В этот раз выбор падает на рубашку, которую я застёгиваю на все пуговицы, и строгую юбку-карандаш, длиной почти до колен. Это для того, чтобы не провоцировать босса.
Анька тихо сопит, свернувшись в клубочек. Смотря на неё, я испытываю острую жалость и желание защитить, спасти и укрыть от всех невзгод, чтобы больше не посмела и думать о наркотиках.
По виску сестры катится несколько капель пота… Я не знаю, что такое зависимость, но уверена, это непросто, и чтобы навсегда от неё избавиться, требуется огромная сила воли. Вдвоём мы справимся. Попытаемся.
— Доброе утро, — говорит Аня, резко открывая глаза, и садится. — Уже убегаешь?
— Да, работу никто не отменял.
— Я приготовлю ужин, у тебя пустой холодильник. Только в магазин нужно сходить.
— Нет, нет и ещё раз нет! — резко отвечаю сестре, надевая пиджак.
— А что мне есть?
— Оладьи на столе.
В обед достанешь из морозилки пельмени. А вечером… вечером я привезу готовую еду.
Аня морщит нос и встаёт.
Мне страшно оставлять сестру одну. Вдруг ей станет плохо? Вдруг не справится с собой? Сбежит и примет наркотики… В больнице ей делали инъекции, чтобы вывести всю дрянь из организма, но дома я ничем помочь не могу. Жаль, конечно, что Стужина отказалась от Ани. Во время последнего разговора она ещё раз намекнула на частную клинику «Спасение», но я звонила туда на прошлой неделе и от озвученной сумы едва не потеряла сознание.
Лечение стоит очень и очень больших денег. Я не потяну… По крайней мере до тех пор, пока не стану руководителем отдела.
— Ань, я закрою дверь на замок, а ключи заберу с собой. Это вынужденная мера.
Она кивает, опускает взгляд в пол. Стыдно, наверное…
— Как скажешь, Юль.
— Я буду обзванивать наркологические центры, — произношу напоследок. — Потерпи. Со дня на день куда-нибудь тебя определим.
