Заодно поймала ещё одну запоздалую мысль — кстати, про нападение… Падшие караулили именно меня или совпало? Или это я случайно оказалась в месте, где недавно произошёл прорыв?
Уже не злая, но предельно хмурая, я выбралась из постели и направилась в ванную. Чичита на правах моей как бы горничной хотела помочь с умыванием, но я сказала «нет».
Одевалась тоже самостоятельно, а причёску уже доверила. Служанка радостно схватилась за гребень и продолжила щебетать.
Женщина рассказывала о произведённом нами переполохе.
Причём делала это в красках и лицах, и пусть я почти никого из драконов не знала, получалось всё равно смешно.
Лишь при упоминании Пии смеяться не хотелось, в сердце поднималась неоправданная ревность. Будто мне не всё равно, что Дарнаэш и Пия почти парочка. Будто у меня есть законная причина выцарапать брюнетке глаза.
Впрочем, контроль эмоций — штука не сложная, и меня этому как раз учили. В итоге, к моменту окончания сборов я была безмятежна как летний день.
Стояла, смотрела в зеркало и улыбалась, точно зная, что выгляжу невероятно.
Настолько, что в пору в саму себя влюбиться. Или построить глазки кому-нибудь.
Словно в ответ на мои мысли, раздался далёкий стук в дверь, и я приободрилась. Улыбнулась шире и обворожительней, предчувствуя встречу с кем-нибудь подходящим для охмурения, а Чичита пискнула:
— Сейчас-сейчас!
Она умчалась в гостиную, а я… поколебалась, но всё же последовала за служанкой, чтобы узнать — лица мужского пола присутствуют, только не те, кого хотелось бы очаровывать.
На огонёк заглянула Уштария, а с нею муж и сын.
Драконица, облачённая в приталенное изумрудное платье, буквально искрилась. Улыбалась так широко, что я невольно заулыбалась в ответ.
Теймиз не сиял, но пытался, причём старательно, до капелек пота на лбу и подбородке.
Криштош… он напоминал стукнутую по голове селёдку. Его улыбка выглядела так, словно к уголкам рта прикрепили верёвочки, а потом привязали эти верёвочки к ушам.
— Доброе утро, — выдохнула я немного удивлённая этим визитом.
То есть явление Уштарии вопросов не вызвало, а натужные улыбки её сопровождающих — да.
— Ах! Очень доброе, ваше высочество! — воскликнула хозяйка замка и неожиданно присела в глубоком реверансе.
Теймиз с Криштошем — тоже. То есть они реально начали приседать, но в процессе вспомнили, что мужчины и поклонились.
Я, конечно, опешила и хотела ответить не подобающим принцессе «ээ-э», но сдержалась.
— Ох, ваше высочество! — снова взяла слово Уштария.
