Я объяснил, что с тобой необходимо помириться, что их с Пией выходка может обернуться против всего клана.
— Но…
Я хотела поговорить ещё и про клан, только дракону, увы, надоело.
— Всё, — перебил он жестко. — Хватит. Пора заканчивать. Вернее, начинать!
Итар снова вскинул руку, и у меня перехватило дыхание. Просто камень в перстне полыхнул и из него вырвался тёмный луч.
В эту секунду полог снова стал видимым — не весь, конечно, но часть. И я с ужасом смотрела, как в такой прочной только что восстановленной ткани появляется длинный вертикальный разрез…
Едва Итар опустил руку, края ткани дрогнули и в дыру протиснулась уродливая морда с оскаленными жёлтыми клыками.
Падший! Некрупный, отдалённо похожий на одного из тех, что напали на меня в прошлый раз.
Кровь превратилась в лёд, я начала отползать, но почти сразу остановилась — ведь там, впереди, между мной и чудовищем лежал камень силы…
— Слушай! — воскликнула я, хватаясь за новую мысль. — А давай свергнем Владыку вместе? Я не такая пугливая, как Итарисса, и стану отличный союзником!
— Ага, как же, — фыркнул снежный.
— Мы оба знаем, что Дарнаэша ты не предашь.
Как он это понял, а?
Тем не менее, я не сдалась и возмутилась:
— Это ещё почему?
Прозвучало искренне, но по губам снежного скользнула снисходительная понимающая ухмылка. То есть снова не сработало.
Всё. Провал. И раз так, то…
Я подобралась за секунду! Невзирая на всё своё бессилие, метнулась вперёд, каким-то чудом дотянулась до бриллианта и откатилась в сторону раньше, чем над головой клацнули жёлтые гниющие зубы.
Итар зашипел, падший взревел, а из разрыва полезли новые чудища. Я откатилась ещё дальше, сжимая камень и судорожно соображая, смогу ли опять вызвать сияющий поток, только обращаться к магии артефакта не пришлось.
Вспыхнуло. Огонь был золотым, ярким и слепящим. Он заполнил всё пространство, только ни меня, ни Итара не обжёг.
Зато он атаковал падших. Послышался душераздирающий рёв, чудовища выгибались, их чешуя резко обуглилась, а дальше… моих нервов просто не хватило.
Я крепко зажмурилась не в силах выносить это зрелище, для меня остался лишь бьющий по ушам, исполненный боли и ярости рёв.
Когда наступила тишина и я осмелилась открыть глаза, полыхнуло снова. В это раз огонь ещё и зашипел, а полог проступил опять. Я видела всё — точь-в-точь так, как в момент обращения к камню силы. И далеко, и близко. И в паре шагов, и там, на горизонте, где небо сходится с землёю.
Огонь достиг какой-то высшей точки, и… слился с куполом.
