Все эти переглядывания закончились робким кивком парня — того самого, что хвастался падением своего трофея. И я уже приободрилась, готовая к правосудию, но…
— Ну и что? — просто ответил Дарнаэш. — Бывает. Она жива и здорова, руки-ноги целы. А когда покинет территорию драконов, то и помнить уже не будет. Так что даже моральной травмы не останется.
Всё. Я не выдержала и взвилась на ноги. Он вообще понимает, что несёт?
— Да она же… Да это же…
— Ничего страшного, — повторил Владыка ровно.
Желание завизжать я в себе подавила.
Сделав глубокий вдох, вытащила из рукава последнюю, призванную разжалобить ящеров карту:
— Нас же и замуж теперь никто не возьмёт!
— А это ещё почему? — Дарнаэш скептично сложил руки на груди.
Я всхлипнула, а главный дракон добавил:
— Вы девственницы, и вернётесь домой девственницами. Так в чём проблема? Что ещё нужно для замужества?
Тут можно было поспорить — присочинить что-нибудь, приукрасить, выдумать особый мотив. Только времени на сочинительство не было, поэтому сказала чистую правду:
— Не знаю как у других, — кивок на черноглазых тейнариек, рыжеволосую уйманку и румяную представительницу вольного герцогства Кетш, — но у нас, в Вектарии, замуж после вот таких похищений брать действительно не хотят.
— Конкретнее, — подтолкнул дракон.
Я немного смутилась, вопрос-то интимный, но быстро собралась и принялась пересказывать то, что узнала от деревенских. Заодно вспомнила, что неплохо бы соответствовать образу и принялась «окать».
«Окала» качественно, а излагала эмоционально и образно! Так, что у самой перед глазами возникла печальная картина — как лишаюсь невинности с Биориком Кривоногим, а вокруг стоят все старшие женщины из приютившей меня деревни и комментируют девственна я или всё-таки нет.
И так грустно сразу стало, так жалко себя-любимую, что аж слеза покатилась… Пусть одна, зато крупная.
Этот момент был кульминацией! Тут каждый мог проникнуться и посочувствовать, но Дарнаэш из клана Огненных…
В общем, Владыка не посочувствовал.
Он заржал!"
"Миг, и… вслед за главным развеселились остальные. Хохот поднялся такой, что стены замка дрогнули, а из всех щелей повылазили слуги — удивлённые и не понимающие.
То есть вот так, да? Я тут об истинной трагедии, причём со всей душой, а они… а он… Да чтоб у него хвост отвалился! И чешуя!
— Это очень… бгг… печально, — когда гогот стих, произнёс Дарнаэш. — Только в чём всё-таки претензия? Ведь получается вам не возмущаться, а благодарить надо.
