Не дразни меня

- Я надумала себе то, чего нет и не было, - говорю торопливо, чтобы не сорваться на слёзы, - А сейчас мне всё известно.

- Ян рассказал мне, да....

В памяти тут же всплывает то сообщение от него:

«Все вышло так, как мы хотели. Ублюдок сдох. Выдыхай, брат»

Теперь я понимаю его смысл. Мой отец самоликвидировался - Литовские выдохнули с облегчением.

- Я знаю, что они братья хотели его смерти, но к ней не причастны, - говорю тише, - Я обвинила их вслепую.

На некоторое время в трубке повисает пауза. Лене не понравилось, что я сказала?

- Передай ему, пожалуйста.

- Подожди, Ясь, не отключайся.

Возле моего столика появляется официант. С улыбкой ставит на стол чашку эспрессо и уходит. Я смотрю в окно и не дышу.

- Яся!... - слышу, как тяжело сглатывает, - Я не знаю, в курсе ли ты истории с мамой Адама и Яна, но, поверь, у них были причины не любить твоего отца.

- Я не в курсе, - шепчу в трубку.

- Боже... меня за это по голове не погладят!...

Я помню, что их мать не воспитывала их и постоянно живет в другом городе.

При чем тут мой отец?!

- Расскажи, Лена! - прошу я.

- Это было давно. Адам и Ян были мальчишками... - по моей спине ползет холодный озноб, - Их маму похитили и изнасиловали.

Болезненный стон застревает в горле. Я прижимаю ладонь к лицу.

- Старший Литовский ее каким-то чудом вернул, но в стране не оставил.

- И?...

- Он отправил ее в Бразилию и даже выдал там замуж.

- И?... Лена? Какое отношение к этому всему имеет мой отец? - спрашиваю и цепенею в ожидании ответа.

- Он.... - переводит дыхание, - Это он похитил их маму, Яра.

- Что?...

- Прости.

И без того окрашенный в серый мой мир в одно мгновение чернеет. Я ни секунды не сомневаюсь в её словах. Ужасно и подло с моей стороны, но верю Лене как самой себе. Шокирующая правда тут же укладывается в моей голове.

- Это она сама рассказала?

- Турок... то есть, твой отец сам признался. Екатерина Александровна подтвердила.

- Когда он признался?

- Незадолго до смерти.

- О, Господи!... - вырывается со слезами.

Я помню наши с Литовским последние дни посекундно. Его внезапные исчезновения, отстраненность и замкнутость. Почему он не пустил меня к себе в душу?! Он тоже мне не доверял?!

- Прости, Ясь. Наверное, Адам не хотел, чтобы ты знала.