Не дразни меня

- Ты простила ему смерть Марата?"

"- Мама, ну за чем ты так?

Какое-то время она молчит, я слышу ее неровное дыхание и внутренне корчусь от жалости к ней.

Она ведь никогда не была счастливой! Ни одного дня. Я не помню на ее лице радости и не помню нежности к ней отца.

Почему они всю жизнь вместе? В целях безопасности или по привычке?

- Не расстраивайся, - прошу я, - Завтра он протрезвеет. И всё станет по-прежнему.

- Только мне от этого не легче, - бормочет перед тем, как отключиться.

Убрав телефон в сумку, я ещё несколько минут смотрю прямо перед собой.

Думаю о том, где я поступаю неправильно. Может, мама права, и я действительно плохая дочь? Возможно. Но ведь я не по собственной воле оказалась среди Литовских. Никто не спросил, хочу ли я замуж, и никому не было до меня никакого дела.

Мой муж мог оказаться монстром, как о нём говорили, мог насиловать, избивать и держать в подвале, и ни одна живая душа не узнала бы об этом. Никто не смог бы мне помочь.

Разогнав спазм в грудной клетке несколькими глубокими вдохами подряд, я сама себе улыбаюсь.

Я больше не стану мучиться навязанным мне чувством вины.

Домой приезжаю почти в таком же расположении духа, в каком была до звонка мамы. Лишь в самом уголке сознание свербит перманентное чувство сожаления о том, что я сейчас гораздо счастливее её.

Под прицелом скептичного взгляда Ивана готовлю телятину и грибное рагу, которые по внешнему виду почти не уступают тем, что готовил кулинарный блогер. Надеюсь, и на вкус они не хуже.

А когда Адам пишет в сообщении, что почти приехал, быстро нарезаю свежие овощи для салата и поливаю их заправкой.

Успеваю вовремя.

Слышится хлопок входной двери и негромкие голоса Литовского и суслика. Его энергетика тут же заполняет дом и приятно покалывает мою кожу. Сердце пускается в пляс.

- Привет, - раздается за спиной, когда я вынимаю форму из духовки.

Прошибает насквозь.

- Привет. Ужинать будешь?

Он стоит на пороге в расстегнутом черном пальто и черной водолазке под ним. Заложив руки в карманы брюк, пристально на меня смотрит.

Я плавлюсь как сыр на грибном рагу.

- Иди сюда.

Шаг, второй, третий, и я влетаю в твёрдое тело и вжимаюсь губами в колючую щетину.

Глава 30

Ярослава

- Что?... - прячу улыбку за прикушенными губами.

На Адаме белая майка и простые хлопковые штаны. Выглядит немного уставшим и невыспавшимся. Обещаю себе, что не стану растягивать ужин на несколько часов - накормлю и отправлю спать. Ну.... или сначала... секс, а потом сразу спать.