Не дружи со мной

Красные габаритные огни машины скрылись среди деревьев. При виде Долгих с кляпом во рту и в забрызганной кровью рубашке жгучие слезы покатились пуще прежнего.

– Сейчас я тебя развяжу, – глухим голосом проговорила я, направляясь к Долгих на полусогнутых ногах.

Первым делом вытащила кляп, затем развязала глаза.

– Полина, что… – тут же начал Долгих.

– Тихо, Паш, он ничего мне не сделал! – глотая слезы, проговорила я. Не без труда развязала другу руки. Представляю, как они затекли у Долгих, но тем не менее Паша тут же крепко обнял меня.

Не знаю, сколько мы так простояли. Я горько ревела, уткнувшись в грязную рубашку Паши, и не могла остановиться.

– Я жутко перепугалась, – всхлипывая, проговорила я, – мамочки…

Паша молча гладил меня по голове.

– А я как испугался, – наконец негромко сказал он.

– Правда?

– Ага, особенно за тебя.

Вдоволь наревевшись, я отлипла от Пашки и заглянула ему в лицо:

– Где твой телефон?

– В машине остался.

– А твоя машина где? Как отсюда вообще выбраться ночью?

Мы одновременно завертели головами.

Хмырь высадил нас на небольшой опушке, вокруг был густой темный лес.

– Судя по звуку, машина уехала туда, – махнул рукой Паша. Я согласно закивала, ведь успела заметить, в какой стороне скрылась машина. – Я, правда, не вижу никакой колеи. Если честно, я тут вообще ни фига не вижу.

Я задрала голову и посмотрела на черное звездное небо. Белый месяц навис над нами небольшой лимонной долькой.

– Значит, пойдем в ту сторону, – решила я. Сделала пару шагов и, обо что-то запнувшись, едва не свалилась на землю.

Нагнулась и заорала: – Пашка! Мы спасены! Моя сумка! Он ее здесь бросил… Надо же!

Паша тут же присел рядом со мной на корточки. Я, не веря своему счастью, дрожащими руками открыла сумочку. Мой телефон! Родненький, миленький, спаситель наш!

– Бли-и-ин, – протянула я, разглядывая смартфон под бледным лунным светом. По черному потухшему экрану расползлась внушительная «паутина».

Глава шестнадцатая

– Вот уроды! – сердилась я. – Нельзя было поаккуратнее с чужим телефоном? Он не из дешевых!

– Ковалева, нас вообще-то грохнуть собирались, – напомнил Пашка.

 – Они и с чужими жизнями не особо церемонятся.

– Собирались нас, а грохнули мой телефон, – продолжала я ворчать. – Все прошлое лето в лагере на него горбатилась, между прочим.

Конечно, в лагере я больше купалась и загорала, «горбатились» обычно архитектор Кирилл и воспитатель отряда. В мои обязанности в основном входило отговаривать от всяких пакостей Ангелину Шацкую.