Не единственная

– Разве я не предупреждал, чтобы ты не совала свой нос на мою половину парка?

Он медленно надвигается на меня. Я отступаю. Пока не обнаруживаю за спиной шершавый ствол какого-то дерева.

Кажется, больше некуда отступать.

Дарион нависает надо мной угрюмой громадой. Он тяжело дышит, на его груди виднеются капельки пота.

Мое сердце испуганно бьется. Страх сжимает желудок, отдается мелкой дрожью в руках."

"– Ты пугаешь меня! – шепчу, отчаянно пытаясь уклониться от соприкосновения с ним.

– Пугаю? – переспрашивает удивленно.

– Н-нет…

– Почему же сейчас пугаю?

«Потому что я не твоя Анабель!» – хочется крикнуть мне.

Но не могу. Я борюсь с желанием зажмуриться и втянуть голову в плечи.

Дарион так близко, что я вижу его глаза. Два изумруда в черной оправе ресниц. Его зрачки внезапно расширяются, крылья носа трепещут.

– Твой запах… – бормочет он, суживая глаза.

И вдруг поднимает руку.

Я шарахаюсь вбок. Успеваю заметить в его глазах искреннее недоумение и только потом понимаю, что он всего лишь снял полотенце, что висело на ветке у меня над головой!

– Что с тобой? – хмурится он.

Набрасывает полотенце на шею.

– Н-ничего…

Господи, Аня! Да возьми себя в руки! Хватит блеять, как овца!

Мысленно надавала себе пощечин. Вот так, кто я сейчас? Анабель Лемминкейр! Значит, будем вести себя соответственно.

Вскидываю голову, выпрямляю спину. Бросаю на Дариона независимый взгляд.

Хмыкнув, он обводит взглядом пустырь.

– Ты здесь одна?

– Да.

– Без горничной? – в его голосе сквозит легкая издевка.

Но я уже взяла себя в руки.

– Разве я не могу прогуляться без горничной? – отвечаю ему в тон. – Это запрещено?

– На тебя не похоже. Где же твои манеры?

– Какая разница? – быстро выкручиваюсь. – Ты же решил развестись со мной, так что мне терять?

С минуту он задумчиво разглядывает меня, потирая шею полотенцем. Мой взгляд невольно прикипает к его груди. Дарион не перекачан. Скорее, жилист. У него длинное узкое тело змеи, гладкая кожа.

Почти.

Теперь я вижу: там, где грудь перечеркивают шрамы, кожа сморщена и покрыта чешуйками. Они почти не видны, но стоит свету попасть на них, как они начинают отливать золотисто-зеленым металликом.

Ловлю себя на мысли, что хочу провести рукой по этим чешуйкам. Проверить, не останется ли на пальцах золотистая пыльца.

– Налюбовалась? – насмешливый голос выводит меня из транса.

Пока думаю, что сказать, он добавляет:

– Я дам тебе хорошие отступные, Ани.