Не единственная

Я позволил ему заглянуть в Священный огонь. До сих пор не знаю, было ли это верным поступком с моей стороны…

Смотрю на Дариона. Речь идет о нем, если я правильно понимаю.

Тот сидит, стиснув челюсти. На щеках выступили желваки.

У меня внезапно возникает вопрос:

– А на даргов проклятие ведьм распространяется?

– Нет. Человеческая магия на нас не действует. Но дарг, как магическое существо, может выступать для ведьмы источником силы. Правда, для этого нужен регулярный… близкий контакт.

В этой заминке мне слышится плохо скрытый намек.

– Ни один дарг даже под страхом смерти не станет этого делать, – добавляет старик, возвращаясь. – Если только эта ведьма не его… шиами.

Он приносит тяжелую бронзовую пиалу. Ставит ее передо мной.

– Пей.

– Что это? – осторожно принюхиваюсь.

– Не яд, – он усмехается. – Травить тебя здесь никто не будет, но это зелье раскроет твое сознание."

"– Галлюциноген? – уточняю с опаской.

– Если ты боишься, я могу выпить первым, – тихо предлагает Дарион.

Чувствую, как его пальцы скользят по моей руке и сжимают ладонь в молчаливой поддержке. Отвечаю ему легким пожатием. Мне сейчас любая поддержка не помешает.

Но насчет безопасности напитка очень сомневаюсь. Нет у меня причин доверять этому Лохану. Почему я вообще должна пить его адское пойло?

Дарион берет пиалу и делает крупный глоток.

– Видишь, со мной все в порядке. Он даже вкусный, в какой-то степени…

Утверждение, конечно, довольно спорное.

«Анька, ты дура!» – проносится в голове, когда делаю первый глоток.

Кажется, я сунула в рот горсть терновых ягод, щедро сдобренных лавром и имбирем.

Напиток обжигает гортань и моментально ударяет в голову, хотя я не чувствую в нем присутствие алкоголя. Это даже странно. Но, тем не менее, взгляд туманится, а в голове начинают стучать молоточки.

Пока моргаю, пытаясь избавиться от пелены перед глазами, Лохан бросает перед очагом серую шкуру. Не знаю, кому она принадлежала, но, судя по лапам с когтями, это не искусственный мех.

– Садись, – приказывает.

Я безропотно подчиняюсь. Нет, конечно, удивляюсь своей безропотности, но так, краем мысли. На самом деле в голове становится очень легко, а в животе… в животе просыпаются бабочки...