(не) его ребёнок

Упирается в живот.

Учитывая состояние отца, я шла к нему с твёрдым намерением ничего не рассказывать о себе. Но  папа понял сам. А ему нельзя волноваться. Совсем нельзя. Но он понял и улыбается. Думаю, позитивные эмоции ему не навредят.

Всё хорошо, папа. Я улыбаюсь ему в ответ. Всё хорошо.

- Кто будет? – тяжело дыша, спрашивает отец.

- Мальчик. Сын, - мягко сообщаю я, не сводя с него взгляда.

Папа не спрашивает, где отец ребёнка. На этот случай у меня есть домашняя заготовка, - отец малыша в командировке!  Не могу же я ему сказать правду.

К счастью, он ничего не спросил.

Деликатность? Или хорошо знает свою  дочь? Решил, если сочту нужным, скажу сама. Узнаю своего отца.  Выдохнула я.

А вот разговор с мамой при встрече на эту тему был более откровенным.

- Машенька, что же ты нам не сообщила раньше такую новость? – глаза мамы заблестели. Она обиженно поджала губы. Совсем как я сама делала в детстве.

Я разжала руки, сжатые в замок, обняла её за плечи.

- Прости, мама. Просто всё так у нас запутано с отцом ребёнка, что я не знала,  что и делать.

- Как не знала? Ты что же сомневалась сохранять ли беременность? – брови у неё поползли вверх.

- Нет, ну что ты! Я не сомневалась. Просто всё так навалилось. Я не хочу сейчас об этом говорить. Сейчас главное, это здоровье папы! А сын что? Он развивается нормально. Так что рожу вам здорового внука. Вы только ждите.

-Какая радостная весть! Первая за последнее время,– улыбнулась мама. – Могла бы и раньше нам сообщить, - снова укорила она.

Конечно, могла. Только вот сомневалась до последнего, как родители воспримут эту новость. Ведь я не замужем. А делиться своими отношениями с Ярым вообще не входило в мои планы. Зачем волновать лишний раз родителей?  Им сейчас нужны только позитивные эмоции. При том, обоим. Переживаний из-за меня в своё время у них было предостаточно. Вон, аукается до сих пор!.

- Ладно, папа, ты отдыхай, - поправила я выбившуюся простыню на постели отца. – Я сейчас  поговорю с лечащим врачом и отправлюсь домой. Вечером снова к тебе приду.

- Иди, дочка. Я очень рад тебе и малышу, - произнёс отец и закрыл глаза. Словно его утомил мой визит и наш короткий разговор.

В душе царапнуло. Нестерпимо болезненно тягуче. Тяжело видеть такого беспомощного отца.

***

Лука меня ждал в коридоре. Стоило мне выйти из палаты, как он кинулся ко мне.