И тут же почувствовала трение, разогревшее меня настолько, что я отшатнулась назад и упёрлась ягодицами и ладонями в стол. Акулов не отступал. Он был ровно на том расстоянии, что мы могли чувствовать раскалённый жар кожи друг друга.
Давление и трение. Мои колени сомкнулись вновь.
— Не зажимай, — подошёл ближе и вклинился своим коленом между моих, вновь увеличив давление и ускорив движение верёвки так, что я непроизвольно всхлипнула.
Я видела, что жилка на его лбу бешено колотилась, грудная клетка часто-часто поднималась и опускалась.
Он был тоже возбуждён, как и я, в мои бёдра упиралась его напряжённая плоть. Я утопала в ощущениях. Я промокла насквозь.
На очередном витке я вновь простонала и откинула голову назад, вспыхивая от ярких ощущений, почувствовав его горячее дыхание на пышущей жаром кожи. Он не касался, но я так этого хотела.
Движения верёвки не прекращались, и в один момент, когда напряжение достигла пика, меня словно протащило по моим нервным окончаниям, по сенсорным точкам. Под закрытыми веками лопались цветные пузыри, а я сдержанно простонала.
Мне не хотелось открывать глаза. Мне хотелось ещё. Меня отрезвила его усмешка.
— Я всё ещё работаю на вас? — спросила я смело, глядя прямо в его жадно рассматривавшие меня глаза.
— Я всего лишь показал, какое, должно быть… хм… настроение у наших клиентов во время и после вечеринки, — Акулов совершенно невозмутимо сел за стол и продолжил подписывать документы, затем нетерпеливо взглянул на меня, — ты ещё здесь?
Я медленно сняла верёвку со своего тела.
Мои ноги и руки дрожали от пережитого. А босс откинулся на спинку стула, жадно наблюдая за каждым моим движением.
Дверь в кабинет открылась. На пороге нарисовался Соболев. Его лицо вытянулось от удивления.
— А что это вы тут делаете? — спросил он и подозрительно сощурил глаза.
А до меня только что дошло понимание, на каком адреналине был босс, ведь дверь не была замкнута."
"— Михаил Александрович, хочет, чтобы его подчинённые прониклись духом будущей вечеринки, — ответила за босса я и ретировалась, пожелав успокоиться и остудить покрасневшие щёки.
От лица Акулова
— О, и что у нас намечается? — Соболев плюхнулся на стул напротив.
Я взглянул на друга и решил перевести разговор в другое русло:
— Плохие новости?
Соболев кивнул и вытащил повестку.
— Из хороших. Следак — нормуль. Замнём, — пообещал Антон.
Акулов кивнул:
— Мне нужен тот, кто подмешал наркоту в наш напиток, и я уже начал прощупывать своих работников.
