(Не) фиктивный брак (СИ)

Я провел бессчетное количество часов в этих стенах, поднимаясь по служебной лестнице, и вот, почти в тридцать пять лет, я возглавляю крупнейший строительный холдинг России.

Но когда я смотрю на огни города, мои мысли поглощены фарсом, которым я живу. Я солгал Кате, сказав ей, что люблю ее, хотя на самом деле мои чувства — лишь фасад, тщательно сконструированная иллюзия. Правда тяготит мою совесть, угрожая разрушить все, что я построил.

В тишине офиса я прислоняюсь к окну и в отчаянии провожу рукой по волосам.

Катя, моя жена, дома, увлечена живописью. Ее талант не знает границ, но наш брак похож на клетку, заманивающую нас обоих в тюрьму вынужденного единения.

Я не могу отрицать, что Катя хорошая женщина, несмотря на странности, которые иногда приводят меня в недоумение. Она верит в меня, несмотря на всю ложь, которую я скормил ей. И по какой-то причине эта вера пробивает стены, которые я построил вокруг себя. Она как будто видит во мне что-то, что я давно забыл. Я ей вру, а она мне верит.

Я тяжело вздохнул, осознав неопределенность нашего положения.

Камеры разбросаны по всему дому, постоянное напоминание о том, что мой собственный отец, организатор этого фиктивного союза, следит за каждым нашим шагом. Если Катя уйдет от меня, отец сразу узнает, и последствия будут катастрофическими для меня.

С дурным предчувствием я наконец иду домой, мои шаги ускоряются, а тревога течет по моим венам. Оказавшись внутри, я бросаюсь в нашу спальню, меня охватывает паника. Когда я вхожу в комнату, становится ясно, что что-то не так.

Кати нигде нет, а ее вещи пропали.

Мое сердце замирает, я лихорадочно обыскиваю каждый угол дома, проверяя каждую кладовую и шкаф, надеясь вопреки всему, что жена просто играет в игру. Но, правда, неоспорима. Катя ушла от меня. Я остаюсь стоять в тишине пустого дома, наполненный сожалением и тяжелым чувством собственной глупости.

Как я мог быть таким слепым? Я установил камеры, чтобы следить за собственной женой, предугадывая каждое ее движение, но так и не увидел правды.

Ирония не ускользает от меня, поскольку я ругаю себя за собственную глупость.

Падаю на кровать, охваченный чувством потери и тяжестью своей лжи. В тишине комнаты я сталкиваюсь с суровой реальностью: я оттолкнул единственного человека, который мог бы помочь мне найти баланс между ложным «я», которое я проецирую, и настоящими эмоциями, дремлющими во мне.

Среди отчаяния во мне загорается вспышка решимости. Я отказываюсь от того конца.