Не гадайте на любовь

 — А может, Валерия Николаевна надеется, что дочь к ней вернется, забыв все обиды.

Лидия о чем-то задумалась. Я не стала отвлекать ее своими вопросами. Минуты через две она заговорила:

— Купила дом… Так вот, значит, почему она отказалась от своих слов. У нее, похоже, денег не осталось, все в коттедж вбухала.

— Так Анисимова обещала вам деньги? — уточнила я.

— После пожара Валерия Николаевна в присутствии Нефедова спросила меня, понимаю ли я, что мне надо держать язык за зубами. Я кивнула. Она протянула мне сверток с деньгами, но я отказалась.

Они мне были ой как нужны на операцию для Виталика, но я посчитала кощунственным брать те деньги. Это все равно ведь что танцевать на костях. — Лида закрыла лицо руками. Не отнимая их, она проговорила: — Пожар вечным ужасом останется в моей душе. Мне никогда не избавиться от этого кошмара. По ночам я вижу перекошенные от страха лица наших стариков. Я слышу предсмертный крик Анны Петровны, нашей санитарки… Она еще совсем не старой была… Мне нет прощения. Я знаю. Но мой сын, он ни в чем не виноват. Если ему не сделать операцию в самое ближайшее время, то потом будет уже поздно…

— Лидия Михайловна, я обещала дать вам деньги на операцию сына, и я дам их. Какая сумма вам необходима? — поинтересовалась я.

— Раньше такие операции делали только за границей, точнее, я думала, что у нас их не делают. Но один врач из больницы, где я сейчас работаю, узнал о моей проблеме, навел справки и нашел российскую клинику, в которой могут помочь моему сыну. Мы послали туда выписку из медицинской карты Виталика, копии его снимков, результаты последних анализов, и нас поставили на очередь.

А вчера оттуда позвонили и сказали, что готовы принять Виталика уже через неделю. Несмотря на то что стоимость лечения у нас меньше, чем в Германии или Израиле, мне все равно не хватает половины суммы, — Тищенко озвучила цифру. — Когда я отказалась от денег, Валерия Николаевна сказала, если я вдруг передумаю, то могу к ней обратиться за своей долей. Полгода назад я была уверена, что ни за что и никогда не сделаю этого. Но теперь, когда появился реальный шанс спасти сына, я поняла, что готова пойти на все, даже унизиться до просьбы… Анисимова мне сегодня отказала, не сдержав своего слова. Так что я тоже имею полное право его не сдержать…

— Вот, — я достала из кошелька практически все его содержимое. Пересчитав купюры, я поняла, что это чуть больше половины требуемой суммы. — Возьмите пока это. У меня с собой больше нет.