Не грози Дубровскому! Том IV

Через секунду на корпусе фляжки появилась стрелка, указавшая на Степана.

А-ха-ха! Забавная вещица. С ней я в два счёта найду Игдру. А самое главное, что теперь я понимаю, как она работает. Правда был нюанс. Если Игдра находится в тысячах километров от меня, то фляжка будет показывать верное направление. Но сколько мне придётся идти прежде, чем я отыщу эту тварь? Дни? Месяцы? Годы?

Хотя я могу телепортироваться от точки к точке и смотреть куда на этот раз укажет стрелка. Если в то же самое направление, значит телепортируемся на следующую станцию.

Я достал мобилет и набрал номер Серебрякова.

— Сергей Никифорович? Вас беспокоит граф Дубровский. Ваш номер мне дал наш общий знакомый Алексей Павлович Большаков. — Официальным тоном представился я.

— Алексей Павлович? Хо-хо. Давно не слышал о нём. Как у него дела? — Послышался радушный голос из трубки.

— Замечательно. Недавно он вылечился от подагры и теперь живёт полной жизнью.

— Вот как! Это хорошо, очень хорошо. Приглашу его на выходные. Сходим на охоту, мяса пожарим. — Начал было Серебряков, а после спросил. — Полагаю вы звоните не для того, чтобы рассказать мне об исцелении Алексея Павловича?

— Совершенно, верно. Я хочу приобрести у вас скот. Коров, коз, может быть кур и свиней.

— О! Так Алексей Павлович привёл мне клиента? Отлично, отлично. Проставлюсь ему при встрече. — Серебрякова снова понесло не в ту степь, но он поправился.

— Вы очень проницательный человек. — Улыбнулся я.

— Понял, понял. Ну взрослых кур и гусей я не продаю, а вот гусят и цыплят, пожалуйста. Это запросто. Есть пятьсот штук и тех, и тех. О цене думаю договоримся при личной встрече. Приезжайте. Мне тут сын привёз отличный коньяк. «Хмельная дубрава» называется. Пьянит как удар в голову, но пьётся мягко и никакого похмелья.

— Сергей Никифорович, я бы с радостью, но увы не смогу вырваться лично. К вам приедет мой помощник, а я обещаю вас навестить через месяц. Познакомимся и обмоем взаимовыгодное сотрудничество.

— Что ж, жаль. Ну да ничего не поделать, встретимся в другой раз.

Я попрощался и повернулся к Степану всё время, стоявшему рядом.

— Полагаю ваш представитель это я? — Улыбнулся старик.

— Ты и представитель, и наставник, и друг, и отец.