Не грози Дубровскому! Том IV

— Мужики! Спасите! Этот придурок до белой горячки допился! Избил меня и в подвал запихнул! — Выпалил пленник.

— Ах ты тварь ягодная! Да я тебе сейчас морду разнесу! — Заревел пьянчуга.

— Идиот старый! Я твой зять! — Выкрикнул парень, сплюнул кровь и спрятался за моей спиной.

Обожаю сельскую жизнь. Сплошь и рядом такие истории. Заняться не чем? Заливай за воротник, пока пушистый грызун не заберёт тебя в волшебную страну галлюцинаций.

— Антип, в погреб его. — Приказал я.

— Да! Убирайте эту ягодку в подвал. А то опять бросится мне глотку рвать! Э! Мужик, ты чё⁈ Ты чё делаешь? Лопату убери! Э! Только не по лицу! Аааа… — Заорал пьянчуга, падая в погреб.

Тьфу. Твою мать. Только зря время потеряли.

— Спасибо ваше благородие. — Поклонился пленник. — Он как проспится нормальный. А тут самогонку где-то откопал и пьёт уже неделю. — Пояснил парень, шмыгнув разбитым носом.

— Понятно. Вы этого буйного сразу не открывайте. Пусть немного охладится. — Рекомендовал я и двинул на выход со двора.

Забавно, я был уверен, что местные боятся жителей Ягодного и поэтому прячутся по домам.

Выйдя из поселения, моя гвардия двинула в низину, где располагалось село Ягодное. Его окружали четыре озера с кристально чистой водой. Рыба плескалась, птички пели, солнышко светило. Прекрасный день, но его омрачила картина, встреченная в селе.

Разорванный на части домашний скот, разбитые окна, выломанные двери. На улице валяется пара трупов. Мёртвых трупов. В смысле они не шевелились, заметив живых не пытались броситься в атаку и прикончить нас. Это странно, ведь я был уверен, что здесь порезвился Игдра.

— Всем быть на чеку. — Приказал я и двинул в центр деревни. Проходя мимо поваленного забора, оторвал одну из штакетин и принялся стучать ею по деревянному дому. — Хозяева! Есть кто дома? К вам гость пришел!

Гулкое эхо ударов разносилось на многие сотни метров, а через пару минут я увидел первых зараженных.

— Убью тварь! — Заорал он и бросился на меня.

Вены на лбу и шее раздуты, глаза так налиты кровью, что практически почернели. Рот окровавлен, костяшки пальцев сбиты, да и вилы явно побывали в чьём-то брюхе. Следом за этим товарищем выбежали ещё трое, выглядящие точно так же, но вооружены кто топором, кто шилом.