Здесь тепло, светит солнце. А ещё хрипит, кашляя кровью мой враг.
— Остановись. Мы можем… — Булькал Игдра, но я не дослушал его предложение.
Опёршись на клинок, вдавил его посильнее в грязь. Поставил ногу ему на спину, вытащил лезвие и сжав рукоять клинка вонзил его в шейные позвонки. Сталь со скрежетом прорезала плоть и ушла вглубь бурой жижи.
Перед глазами поплыло, боль прокатилась по телу. Я испугался что эта тварь ещё жива, но Игдра перестал шевелиться. Я почувствовал, как по мечу струится остаток божественной силы, которую эта тварь успела украсть у Урфина и тех мёртвых богов.
Тьма окутала разум, и я рухнул, потеряв сознание.
* * *Заливные луга.
— Антип, может молодому господину нужна помощь? — Выпалил Гантулга смотря на лидера воронов.
— Если ты можешь открыть портал, то сделай это. Я с радостью приду ему на помощь. — Сухо сказал Антип, смотря в то место, где ещё полчаса назад сияла портальная арка.
— Твою мать… Вы это видели? — Голосил Тунгус. — Я же говорю! Дубровский сумасшедший! Что это было?! Это какое-то безумие! Во что он ввязался? — Контрабандист трясся как осиновый лист от увиденного.
— Закрой свою пасть. — Рявкнул Антип и отвернулся в ожидании, когда же портал снова откроется. — Всем быть наготове! Портал может открыться в любую секунду…
Но портал не открылся ни через секунду, ни через день, ни через неделю.
* * *Иркутская академия магии.
Одуванчик по имени Жанна.
После незабываемой ночи Жанна прибывала в приподнятом расположении духа.
Сидя на занятиях, она не могла сосредоточиться, всё время вспоминая как губы Дубровского ласкали её. От таких мыслей она заливалась краской.
— Жанна! Ау-у-у! — Прокричал ей в ухо профессор рунологии.
— А? Что? — Вскрикнула она от неожиданности.
— Я уже несколько минут пытаюсь вызвать вас к доске! Соберитесь наконец! — Выпалил профессор, уперев руки в бока.
— Прошу меня простить, я немного… Немного отвлеклась. — Девушка, покраснев ещё сильнее выбежала к доске и безошибочно нарисовала формулы призыва защитного барьера.
День тянулся невероятно долго. Мысли о Дубровском разъедали её разум и в конечном итоге она сдалась. Жанна впервые в жизни пришла в медпункт и притворилась что у неё болит голова. Медсестре было плевать, и она любезно освободила её от последней лекции.
Вернувшись домой, Жанна мечтательно рухнула на кровать и уставилась в потолок, как будто там был нарисован Дубровский во всей красе.
