Она скрыла от меня существование ребенка, и какие еще секреты меня там ждут?
Да к черту все!
Хватаю бутылку за горлышко и подхожу к столу, не отрывая глаз от папки. Дно с характерным стуком ударяется о поверхность стола, и я опираюсь руками о столешницу по обе стороны от досье.
Сын.
Прикрываю глаза, гася новый приступ ярости. Внутренности как раскаленными когтями разрывает жгучая злость. Дышать все труднее, и даже мои старания выровнять вдохи обречены на неудачу. Я не могу успокоиться, потому что перед глазами все еще стоит это испуганное лицо с оттиском дикой безысходности и обреченности.
Она знала, но не сказала!
Не сказала, что у меня есть сын!
Отталкиваюсь от стола, и кулаки сжимаются, но я снова их разжимаю. Будь Ангелина мужиком, я уже давно вышел бы за рамки, но она баба. Баба блядь! Хрупкое гребаное создание, а умеет под шкуру залезть хлеще чем любой когда-либо встречаемый мной человек. Выкручивает яйца с методичностью опытной стервы.
А выглядит как Ангел…
Придушил бы суку.
"
"Хватаю папку и расстегиваю, вынимаю документы и отшвыриваю ее подальше. Руки дрожат, и не удается прочесть ни строчки, поэтому стараясь подавить гребаную бурю внутри раскладываю бумаги на стол. Бутылка мешает, и я просто сметаю ее, даже не глянув куда она отлетела. Документы рядами ложатся на дубовую поверхность.
Восемь. Восемь файлов по годам, начиная с последней нашей встречи в особняке. В день развода.
В горле пересыхает, и я пытаюсь сглотнуть, но не удается избавиться от прожигающего глотку кома.
Сын.
Да похуй что там в файлах, у меня блядь есть взрослый сын! Взрослый сын.
Эта мысль как прохладная вода действует на разгоряченный мозг, и сердце больно сжимается. Ребенок. Пацан. Моя плоть и кровь.
Беру первый файл и достаю документы, сложенные аккуратной стопкой. Глаза режет, когда пробегаю ими по строчкам. Сменила фамилию на девичью. Ожидаемо, но в грудине все равно резануло. Значит у моего пацана фамилия не моя…
Читаю, все больше вязну в паутине воспоминаний, и ком в горле все растет.
Устроилась на работу, оформила отпуск…
Второй фаил, третий, и вот я добираюсь до последнего листа, жадно проглатывая информацию о жизни моей благоверной бывшей супруги.
В голове события складываются в общий водоворот, но одна маленькая деталь не сходится.
Возвращаюсь ко второму году и перечитываю документы, убеждаясь, что мне не померещилось.
Маленькая расчетливая сучка.
