Тебе нужно смириться, Тимофей, и я вижу, что без моих усилий ты так и будешь отдаляться от этой семьи. Сбегать, когда тебе что-то не нравится, и в целом делать то, что тебе хочется.
— А ты хочешь ограничить мою свободу? — дерзко, с вызовом спрашиваю. — Хочешь, чтобы я жил по твоей указке?
— Как бы сейчас это странно ни звучало для тебя, я желаю тебе добра. Чтобы ты вырос достойным человеком. Пока я вижу лишь вздорного мальчишку, который предпочитает ответственности трусливый побег. В жизни от всего не убежишь, сын.
— Сколько раз говорить? Я не сбегаю от ответственности. Я не хочу заниматься чем-то, связанным с Варей!"
"— Вот когда ты поймешь, что разницы нет, тогда и станешь взрослым, — глубокомысленно изрекает отец, заставляя меня вскинуть взгляд. — Это тренировка, сын. Что-то, что тебе претит и вызывает отторжение, может быть очень важным. А если я поручу тебе дело в офисе, какие-то важные переговоры, а тебе не понравятся бизнес-партнеры, ты тоже сбежишь?
— Ты сравниваешь бизнес и семейные поручения? — приподнимаю бровь, пытаясь постигнуть его логику.
Всё во мне сопротивляется тому, чтобы признать его правоту. Юношеский максимализм работает на полную катушку. Хотя начинаю подозревать, что отец говорит здравые мысли. Его логика понятна, но бунт во мне не унять так просто!
— А ты считаешь, что есть разница? Дело в твоих реакциях, сын. Я попросил, ты проигнорировал и недоглядел за Варей. Теперь она беременна, и мы не знаем, кто отец. Она говорит, что не знает, кто это.
Дело было в темноте. Смешно тебе?
— Пап, прости, но разве это не смешно? — стараюсь не ржать, но не выходит, стоит лишь представить возню в темноте убогой и какого-то ботаника. Мутная какая-то история. Кажется, отец думает точно так же.
— Это не смешно! Совсем не смешно! Я думаю, что девочка боится сказать, что в темноте на вечеринке ее изнасиловали! Ты прекрасно знаешь, какими могут быть студенты! Твои однокурсники, между прочим! Могут пошутить, поиздеваться, сделать что-то на камеру и выложить в свободный доступ в интернете.
Не думал о таком?
Морщусь, понимая, что отец прав. Такие вещи я хоть и не делал, но разве стал бы препятствовать, если бы кто-то так развел девчонку? Это в порядке вещей.
— Я пытаюсь воспитать тебя другим человеком. Не таким, кто возьмет бедную девочку силой и убежит от ответственности. Попробуй выяснить среди своих, кто мог с ней это сделать. Нужно, чтобы тот человек принял ответственность.
