Не играй с нами, девочка

Он все-таки кивнул.

— Да, вижу.

— Отчетливо?

— Да, Анна.

— Хорошо.

Она сделала ему укол обезболивающего и занялась ранами. Она уже давно сбилась со счета, сколько раз ей приходилось приводить брата в порядок. Правда, нос вправлять посчастливилось впервые, благо он лишь на пару миллиметров сместился вбок.

— Все равно нужен рентген.

— Да, сейчас самое время, — скривился брат.

Когда лекарства начали действовать, он немного расслабился и перестал шипеть при каждом движении. Он потянулся к куртке и выудил пистолет.

— Помнишь, я учил тебя.

Анна кивнула.

— На всякий случай..."

"— Вряд ли понадобится, — закончила она за него, ведь новых мантр он не знал, все те же слова.

— Я немного отдохну, и мы уедем отсюда.

— Есть куда?

— Да, я все исправлю. Я всегда исправляю.

Только по итогу делал хуже.

Она принесла подушки и запихнула их под его спину. Виктор развалился в глубоком кресле, но продолжал бороться со сном. Он боялся сомкнуть веки и то и дело обводил комнату внимательным взглядом, прислушиваясь.

— Ты все равно уснешь из-за лекарств. Не бойся, я разбужу тебя через пару часов.

— Через час. И не уходи никуда, будь рядом.

Она уселась в его ногах, положив голову на кресло рядом с его коленом.

— Сука, я идиот! — вдруг бросил он.

В нем ярким пламенем вскипела злоба, которую он сдерживал кое-как последние полчаса. Почудилось даже, что ее можно потрогать.

— Думал, удастся провернуть все по-тихому, чтобы никто не узнал. И я даже не понял, что вся эта карусель с покушениями на босса из-за меня!

Анна же поняла, что брат не уснет, пока не выговорится.

— Что такое третий квартал?

— Наша территория поделена на кварталы. Рынки сбыта.

— Наркотики?

Этого она боялась больше всего. Она никогда не расспрашивала брата, чтобы продолжать смотреть ему в глаза, но видела тревожные звоночки и прекрасно понимала какую нелагальную мелодию они напевают.

— Нет, — он качнул головой. —  Фармацевтика, синтетика. Для ночных клубов... Часть последней партии Марк забраковал, но я нашел покупателя на нее в третьем квартале.

— И никому не сказал?

— Ее списали, и там было немного. Да, я облажался, — выдохнул он, уже беспомощно, для злости у него больше не оставалось сил. — Но там были какие-то гастролёры, сегодня здесь, завтра там. Я подумал, такие утрутся, когда поймут про брак, да и поздно будет...

— А ребята оказались серьезные и злопамятные.

— Они предложили слишком хорошую цену, я не удержался и решил рискнуть.