Не играй со мной

Оперевшись о косяк, он сложил руки на груди, и окинул меня еще одним медленным взглядом. — Интересный наряд.

— Я знала, что тебе понравится, — подмигнула я, приняв максимально сексуальную позу. — Готов теперь меня на свидание пригласить?

— У нас нет на это времени, — схватила меня за руку Ника. — Подвинься, смерд, мы опаздываем, — толкнула она брата.

— Конечно-конечно, — поднял руки Тема. — Бегите девочки, а то там всю милостыню без вас разберут.

— Кто-то нарывается, — сузила я глаза.

— Не стоило его тогда миловать, — согласилась со мной Ника.

— Упаси боже, — резко перестал веселиться Артем, послушно отступив от двери, и позволив нам пройти. — Господи, когда уже закончится ремонт, и я смогу вернуться в свою квартиру? — раздалось нам в спину его бормотание, и мы все же рассмеялись.

— Итак, что я должна делать? — поинтересовалась я, паркуя машину. Мы приехали в центр города, где летом часто выступали уличные музыканты, и отдыхала молодежь. И не смотря на свой прикид, я начинала чувствовать азарт и предвкушала веселье.

— Влиться в творческую тусовку, — усмехнулась Ника, протягивая мне бутылку водки. — Ты ведь выучила текст?

— Я не буду это пить.

— Там вода, — закатила Ника глаза. — Текст, Даша, ты его выучила?

— Конечно выучила, — цыкнула я, принимая бутылку, из которой сделала осторожный глоток. Убедившись, что там и в самом деле была вода, сделала еще пару глотков, и вышла из машины.

«Значит, прогуляться по улице, горланя песни? Ничего сложного. Пара пустяков», — старалась не обращать я внимания на любопытные взгляды. И либо у меня была мания величия, либо интерес ко мне и в самом деле был повышенным. — «Давай, Андреева, не тяни. Быстрее начнешь, быстрее закончишь», — все никак не могла я начать петь, откровенно смущаясь, а затем глубоко вдохнула, бросила взгляд на улыбающуюся подругу, и решила войти в образ. Изобразила заплетающуюся походку, помахала парочке прохожих, и запела ужасно фальшивым голосом.

Спирт озарил мою больную душу.

Нет, я закуской градус не нарушу.

Прижав бутылку к сердцу, я искренне надеялась, что мой взгляд был полон тоски, а голос — страдания. Неуверенность сменилась адреналином, а происходящее начало мне нравиться настолько, что следующий кусок я пропела еще громче.

Запнулась я на последнем слове, заметив, что меня начали снимать. На камеру. Не хорошо.