Не ищи оправданий

— И вообще, — продолжал он, — ты становишься вульгарной склочной бабой!

— Да как ты смеешь!..

— А в чем дело? — продолжал он дразнить. — Не любишь правды о себе?

Да разве это правда?

— Мне нелегко говорить тебе подобные вещи, Виктория, — продолжал Руперт, кладя руку ей на спину, — но кто-то же должен был это сделать.

Он явно получал удовольствие, наблюдая за ее реакцией. Только он ошибается — она никогда не считала себя центром вселенной. Это он, Руперт, видел в этом мире только себя и запросто мог солгать, чтобы достичь своей цели!

Она криво улыбнулась:

— Неплохой ход, Руперт, ты почти убедил меня, теперь я точно знаю, что я на правильном пути.

— Она холодно посмотрела ему в глаза. — Не нужно мне новых ангажементов, ограничимся тем, что есть. У меня другие планы!

— Предупреждаю, ты не можешь позволить себе уйти со сцены на целый год, — зло прошипел он, уставясь на нее ледяным взглядом.

— Осторожно, Руперт, ты теряешь свое очарование, — поддразнила Тори.

— К черту мое очарование!

— Я тоже так думаю, — ядовито проговорила она.

— У нас контракт на пять лет, с оговоркой, что его можно возобновить по истечении срока. Контракт заканчивается через три месяца, то есть как раз после окончания европейского турне. После этого наши пути — личные и профессиональные — окончательно разойдутся.

Глаза у него зло сверкнули.

— Без меня твоя популярность не продержится и полгода. — Руперт искривил рот в неприятной усмешке. — Это я сделал тебя такой!

— Это чистое вранье! — Тори укоризненно покачала головой.

— Ты помог мне, и я благодарна тебе.

— Ты выбрала странный способ благодарить, — возразил он.

— Я действительно благодарна тебе, Руперт, — твердо повторила она, — но ведь не ты дал мне голос.

— Но ведь и не эти два простака, твои родители. — Он кивнул в направлении фермы.

— Ты забываешься, Руперт, — угрожающе сказала она, сверкнув глазами.

Он скривился в усмешке:

— Почему же? Я лишь напомнил тебе, что Бьюкенены не являются твоими настоящими родителями. — Он насмешливо покачал головой.

— Ты родилась в середине марта, значит, вероятнее всего, в результате какого-нибудь кратковременного романа или интрижки во время ежегодного сборища мотоциклистов на острове. Я не прав?

Тори охватила слепая ярость, сдерживало лишь сознание того, что именно этого Руперт и добивался.

Ее никогда не беспокоило, что она приемная дочь — она знала, что не все родители так любят своих детей, как любят ее Дэн и Телма Бьюкенен.

— Уйди, Руперт, — устало проговорила она.