(Не) измена (СИ)

Всё так же, как и раньше слюни пускаю, но себе заграбастать не могу. Пока.

— Мама к тёте Ире поехала. Ей будут ногти красивые делать. Когда стану старше, с ней ездить буду. — огорошила меня дочь.

А я после её слов чуть с дивана не подорвался. Аж в мозгу заискрило.

— А ты откуда знаешь, куда она поехала? — постарался спросить спокойно, не выдавая эмоций. Хотя так и распирало от улыбки. Того гляди рожа треснет.

— Слышала. Мама при мне с тётей Ирой по телефону разговаривала.

Поцеловав дочь в макушку, откинулся на спинку дивана.

Я всё это время думал, она с этим Михаилом зависает, а она, оказывается, к Ире лыжи навострила. Понятное дело, это не показатель. Сегодня к Ире, а завтра вполне вероятно снова с этим увидится. Но отчего-то всё равно сейчас легче стало. Морально так не давило.

Хотя бы сейчас могу не грузить себя мыслями, что она с ним. Не думать о том, как он её целует и прикасается. Клянусь, спать нормально не могу с пятницы, как увидел их у подъезда. Это как изощрённая пытка. Глаза прикрываю и снова эта картина как наяву.

Но тем не менее остаток сегодняшнего вечера провёл в более приподнятом настроении, нежели в том, котором был, сразу после ухода Вари.

Когда Кариша досмотрела мультик и вдоволь наигралась, стали собираться. До Вариных родителей, не так уж и далеко, доедем быстро. Взяв необходимые вещи, вышли из квартиры.

Каришка щебетала без умолку всю дорогу. Говорила обо всём подряд. А я такой кайф ловил с этого всего. Любил её слушать. Правда, под конец поездки напрягся. А виной тому вопрос, озвученный дочкой.

— Пап, а когда мы снова будем жить все вместе? Как раньше?

— Я не знаю, Кариш. — стрёмно давать обещания, которые, возможно, не сможешь сдержать. Поэтому приходится отвечать пространственно, без какой-либо конкретики.

— А почему? Зачем вообще мы с мамой уехали из дома? — в прямом смысле загоняла меня в тупик, такими вопросами.

— Так, дочуль, обстоятельства сложились. Я очень сильно обидел твою маму, поэтому она не хочет жить вместе со мной. — как же сложно объяснять ребёнку, что отец, мудак.

— Ну ты извинись. Мама обязательно тебя простит. Она же добрая.

— Обязательно извинюсь, Кариш. Обязательно. — а вот насчёт простит ли, конечно, большой и спорный вопрос.

Благо дочь быстро сменила тему и перестала выстреливать подобными вопросами. А после и вовсе начала клевать носом. Умаялась, маленькая ягоза. Удивительно, что вообще так долго продержалась, с учётом дневной прогулкой с Варей, о которой рассказывала мне полвечера.