Ещё какие-то замечания прямо сейчас будут?
— Вряд ли мне стоит задерживать присутствующих. Если дело срочное, то я перенесу текущие дела и займусь договором прямо сегодня.
Я выжидательно смотрю на Глеба Алексеевича и получаю утвердительный кивок.
— Займись, Татьяна. «Промсервис» подождёт.
— А почему вы не хотите рассмотреть возможность подписания дилерского договора? — набравшись храбрости, спрашиваю я, снова обратившись взглядом к Громову. — С ним бы у нас возникло меньше трений."
"— Подловила, красавица, — широко улыбается он, заставляя меня вспыхнуть от этого неформального обращения, а Дивеева возмущённо заёрзать в кресле.
— Дилерство удобно вам и крайне неудобно мне. Куча обязанностей, условий и требований по выкупу объёма и рекламе. Мне приятнее быть любимым клиентом, а не ручным продавцом. Но за предложение спасибо. С вашей стороны оно более чем оправданно и закономерно.
На последних фразах снова посещает стойкое ощущение, что Громов меня хвалит. Да что со мной такое? Мы тут серьёзные вещи обсуждаем, а мне хочется улыбаться.
— У тебя ещё вопросы есть, Татьяна? — спрашивает генеральный, как мне кажется, по-особенному учтиво.
— Нет. Тогда после совещания беру договор в разработку.
— Хорошо, иди.
Слегка кивнув, я аккуратно собираю листы договора и встаю.
— Телефон свой оставите, Татьяна Викторовна? — раздаётся звучно и громко.
Проглотив нервную сухость во рту, я смотрю на Дана, пытаясь понять, не посетили ли меня слуховые галлюцинации. Телефон? В смысле… Какой телефон?
— Вы можете позвонить в приёмную, — говорю через паузу, стискивая договор задрожавшей рукой.
— Лена соединит.
— А как же привилегии любимым клиентам? — бессовестно улыбается Дан, ничуть не смущаясь напряжённых лиц по соседству. — Я привык общаться напрямую.
Не зная, как поступить, машинально смотрю на генерального и, не найдя в его лице ответов, бормочу:
— Я оставлю в приёмной визитку.
Отвернувшись, быстро иду к двери, стараясь успеть до того, как колени подогнутся и я позорно рухну на пол от нового приступа патологического сердцебиения.
Кажется, будто всё это происходит не со мной. Ну или я совсем ничего не понимаю, и для Громова просить личный телефон сотрудника на глазах у руководства — в порядке вещей?
9
— А вот эта? — Василина машет перед моим лицом юбкой, пересечённой блестящим замком. — Форма карандаш. У тебя попа хорошая — будет эффектно смотреться.
Молча принимаю вешалку, решив не выяснять, что подразумевает под собой форма «карандаш».
