(не)Красавица для босса (СИ)

Я «поздоровался» с ним прямо с прохода. Не дожидаясь от него ничего, просто вмазал по лицу.

Он от неожиданности пошатнулся, и стал пятиться назад. А я наоборот прошел внутрь, прикрывая дверь, чтобы не наделать лишнего шума.

— Ты вообще больной? — Арсений держался за нос, смотря на меня исподлобья.

— Нет. Это я еще не всё сказал, что хотел. — И я снова бросился на него, но на этот раз Арсений был в стойке, и не дал сразу себя ударить.

Мы боролись с ним какое-то время, завалились на пол, продолжая колошматить друг друга.

Но в какой-то момент, когда Арсений оказался за моей спиной, сжимая мою руки сзади, мне пришлось выражать своё негодование уже словами.

— Я убью тебя, за то, что ты всё ей рассказал! Ты же всё испортил! Да она на меня теперь даже не смотрит! Сволочь! Да какой ты мне друг после этого! — Раззадорившись снова от своей же речи, я резко выдернул руки из захвата, и перевернулся, собираясь продолжить драку, и, в конце концов, одержать победу.

Я ждал облегчения, но оно не наступало.

Меня остановило лицо Арсения. Во-первых, у него из носа уже текла кровь, и заплывал один глаз, а во-вторых, он был в недоумении, явно не понимал, о чём я вообще говорил.

Он оттолкнул меня от себя, и отполз на метр.

— Погоди. Ты думаешь, что я рассказал Даше что-то? Про наш спор с тобой, что ли? Тогда у меня для тебя сюрприз, я ей ничего не говорил. Придурок.

— Что? — Я сел на полу, немного тоже отполз, и оперся спиной о стену коридора, тяжело при этом дыша.

 — Ты серьезно? Тогда как она могла узнать? Если ты не говорил, я тоже, никто больше не знал об этом!

Я закрыл лицо руками, стирая пот, выступивший на лбу. На ладони осталась еще и кровь, непонятно даже моя или Арсения, и, если моя, то откуда идущая. Я ничего не чувствовал. В крови гулял адреналин, а всё, что было внутри — зудящая дыра.

Поднял глаза на Арсения, он смотрел в одну точку, не двигаясь.

— Ну говори уже. Вижу же, что есть, что сказать.

— Я сегодня утром за завтраком твоей маме рассказал.

Просто она была так расстроена, что ты не с Амалией, а с Дашей, а мне тоже не хотелось верить, что у вас всё серьезно… Я попросил Екатерину Борисовну ей не говорить. — После его слов, я почувствовал новый фонтан злости, поднимающийся откуда-то из живота. — Получается, ей могла сказать либо твоя мать, либо она могла услышать случайно как-то наш разговор. Но я бы Даше не рассказал.

— Это полный пипец. Она меня не простит.