Если ты оденешь на голову капюшон, то я, как бы так сказать, трахну Зайку…
Боооже, что он несёт… Но разве можно взять и не захихикать глупо? Это была бы не я!
— Да иди нафиг, вечно тебе мои вещи не нравятся, — пихнула его в бок. — Вали спать.
— Нравятся. Мне всё в тебе нравится, Лиза, — серьёзно сказал он мне. — Скажи мне тоже, и я тогда пойду спать, так и быть.
— Что?
— Что любишь меня, — он отодвинулся и сел на кровати, чтобы видеть моё лицо.
— Ты уже и так прочёл это в блокноте.
— Да, но я хочу услышать от тебя.
Обняла парня за шею, чтобы не видеть его глаз. Иначе точно не скажу!
— Я тебя люблю… Говнюк!
Кирилл цокнул языком и покачал головой:
— Блин, Гуффи, такой момент взяла испортила…
— Иди уже отсюда. Я спать хочу.
— Ладно. Но завтра будет новый день.
— Где-то я уже это слышала, — невольно потянулась и зевнула в ладошку. Тело ломило, я, и вправду, очень устала. — Кажется, даже в этой комнате от одного настырного засранца…
— Да, но только теперь я приду уже не за поцелуями, и больше не буду так терпелив…
Парень опять потянул руки ко мне и схватил за обе ягодицы, целуя при этом мою шею.
— Кирилл… ты о чём-то другом можешь думать, кроме секса?
— Рядом с тобой — нет…
— Иди, блин… Уже скоро твой папа встанет и увидит, как ты выходишь из моей комнаты с мордой кота, нализавшегося сметаны.
— Неохота уходить.
— Я ведь не денусь никуда. Завтра увидимся.
— Как сегодня? Особенно в душе я бы повторил.
Закатила глаза.
— Иди.
Подарив мне сто семьдесят пятый поцелуй за сегодня, он наконец-то ушёл.
Я свернулась в комок в том самом халате зайки и опять захихикала, вспомнив глупую шутку Кирилла о том, как он будет … Зайку… Бедный Зайка! Достанется ему.
На душе спокойно и тепло, чего со мной давно не было. Тело ныло и жутко болело, но стоило мне подумать о близости с ним, как оно тут же отзывалось и просило ещё, несмотря на боль.
Вот я и стала тоже извращенкой. Спасибо, Кирюх. В твоём отряде извращенцев пополнение!
Научил Лизку плохому…
***
Кирилл.
Не знаю, спит ли сейчас Гуффи, но я даже не пытался лечь. Меня так штырят и швыряют по всей комнате эмоции, что не до сна точно. Счастливая улыбка дебила не сходит с морды, уже скулы болят, но губы сами собой расползаются в стороны, когда я вспоминаю всё, что произошло сегодня между нами.
Чувствую себя влюблённым первоклашкой, только кое-чё «торчит», как выразилась сегодня Лиза, чего не должно быть у такого маленького мальчика.
