— Не нужно думать, что я идиот, который не думает о тебе. Твоё здоровье мне важнее собственного.
Пока он застегивал брюки и заправлял рубашку внутрь, я пыталась привести в порядок блузку.
— Ты мне пуговицы оторвал… — с досадой разглядывала я свою одежду.
— Да и хрен с ними. Давно мечтал эту рубашку с тебя сорвать. У тебя есть же запасная?
— Да, но только одна. Если ты и на той оторвёшь пуговицы — мне не в чем будет в школу ходить.
Парень с улыбкой Чеширского кота поцеловал мою руку и завёл машину. Кирилл, совершенно не испытывая ни малейших угрызений совести, вырулил на дорогу и поехал в сторону дома.
***
— Что мы скажем родителям, почему не были в школе? — спросила я Кирилла, когда мы переоделись в домашнее и сели обедать. — Им наверняка уже позвонила Эля.
— Давай тебе типа плохо стало, я остался с тобой дома.
— Мама будет волноваться.
— Иначе мы получим оба по шее.
— А что именно случилось?
— Живот болел. Я ходил в аптеку за лекарством.
— Вот мы уже и врём родителям…
Парень поднял вверх брови и вздохнул:
— Что поделать? Нам ещё долго придётся врать.
Иначе отец нас разлучит. Ты ведь знаешь — он не поверит ни за что в нашу любовь, и отправит меня вон из дома.
— Но мы не сможем скрываться вечно. Когда-нибудь он всё равно узнает.
— Вот когда узнает — тогда и будем думать, что делать. Ешь, когда я ем, то глух и нем.
***
Я задумалась о предохранении. Уже много раз в порыве страсти мы забываем о защите. Кирилл, конечно, думает обо мне и прерывает действие вовремя, но я всё же переживаю.
Хоть я и не опытна в таких вопросах, но и так беспечно тоже не хочу относится к своему телу. В тайне от мамы сходила к врачу, и побеседовала с ним о данной теме, сдала ряд анализов. Доктор подобрала мне препарат. Для моего возраста сейчас это было самым оптимальным вариантом. Презервативы мне доставляют огромный дискомфорт, а другие средства нравились ещё меньше, некоторые и вообще были запрещены по возрасту. Не хотелось бы лишний раз травить организм таблетками, но если уж у меня такой «горячий мачо» рядом, нужно заботиться о себе.
Мой сводный брат, а теперь еще и мой парень, похвалил мою сознательность, ну и обрадовался заодно, что теперь нашей страсти точно ничего не помешает, и «резинки», как он выражается, нам больше не нужны.
42"
"Мама и Павел поверили вполне в наши сказки. Так неуютно было, когда они начали волноваться и настаивать на посещении доктора. Не люблю врать. К чему меня привели отношения с Кириллом, ужас какой-то.
