Папа явно был в растерянности от моих слов и, поджав губы, молчал и думал какое-то время.
— Допустим, — он сложил руки на груди. Пусть отец сразу не поверит мне, но он всегда сначала выслушает. За что я его нереально уважаю! Мне быть хоть немного его мудрости… — Как это связано с тем, что я сегодня увидел? Это было просто… отвратительно.
— Ну мы… у нас довольно странные отношения. Мы так…ссорились. За миг, как ты это все увидел…я уже и сам хотел отпустить её. Пап, ну ты же взрослый мужчина, ты должен понимать, что бывает и такая любовь.
На самом деле ей нравилось, просто она обижена на меня. Что я ей не сказал про казармы.
***
Павел.
Нет, как мужчина мужчину я его могу понять. Теоретически. Такой бешеной любви у меня никогда не было. Но видимо, она существует. Любовь к жене была тёплым солнцем, тихой гаванью. И с Таей чувства сильные, но спокойные. А тут какое-то пламя адово плещется в Кирилле! Слышать такие вещи от сына всё же странно. Как мы ошибаемся порой, что они — всё ещё дети…"
"— Да, сказал я.
И не Лизе, а Яне. Кстати, при чем здесь Лесная? Снова враньё?
— Да, пап, — опустил он глаза. Ну хоть стыдно, и то ладно. — Прости. Придумал это спонтанно, когда ты стал подозревать, что я не еду с вами во Флориду из-за Лизы. Мы подговорили Яну подыграть нам и побыть моей девушкой на один ужин, и все шло нормально, пока ты не сказал, что я уеду после школы. Лиза не знала, и обиделась на меня.
Как дурака обвели меня вокруг пальца. Наивный старый пень.
— И правильно сделала. Кирилл, ты всем врёшь. Ладно мне, но ты врёшь и той, которую любишь!
— Да. Вру, — горячо отозвался сын. — Я не нашёл смелости сказать ей. Побоялся, что тогда она отвергнет меня. Я хотел, чтобы она была со мной. Ты думаешь, я сразу так вот на всё наплевал? Я боролся с собой. Не хотел обрекать на неприятности ни тебя, ни себя, ни Таю с Лизой.
— Но ты ведь всё равно уедешь.
— Да. Я попробую позвать её с собой.
— Боюсь, она не поедет. У неё не такой характер, чтобы всё бросить и рвануть за тобой, тем более после твоего обращения с ней.
— Тогда не знаю, как мы это переживём.
Внимательно вгляделся в его расстроенное лицо.
— Ты не передумал? Из-за неё.
— Нет. Это ведь моё будущее. Мы столько времени туда готовимся.
— Рад, что ты это понимаешь.
— Понимаю. Но не представляю, как… — голос его сорвался и он опять спрятал глаза за ресницами.
В разрозненных чувствах стоял и слушал сына.
