– О-о-о, я обожаю эту песню!
Блть.
– Ты издеваешься?…
– Пошли! Ну же, давай потанцуем! – тянет за руку за собой.
Сказать, что я охренел – ничего не сказать. Танцевать? Какое танцевать? Мне даже дышать в этих джинсах теперь больно. Член протестующе таранит ширинку. Желанное тело было так близко. Это как поманить ребенка конфетой и отобрать!
– Эй, давай лучше вернемся к твоему пульсу, Карамелька? С ним явные нелады.
– Я хочу с тобой танцевать!
– Так я тоже! В горизонтальном положении.
– Се-ре-жа!
Приходиться поддаться.
Сжав челюсти. Собрав всю силу воли в кулак, подняться. Ростовцева заставлет меня обхватить ее талию руками. Крепче. И еще крепче. Взвизгивает, когда понимает, что мои части тела так быстро “отходить” от возбуждения не умеют и теперь красноречиво упираются ей в живот.
Я заламываю бровь.
Она молчит. Только хитро прикусывает губку.
Мы начинаем двигаться. Подстраиваемся под ритм. Что это играет? Я понятия не имею. Какая-то заунывная лабуда на английском.
Я такое не слушаю. Но Ростовцева будто в нирвану впадает. Щечки красные. Губки улыбаются. Глаза блестят шальным блеском. Такая горячая, хорошенькая и сладкая. В какой-то момент я чувствую ее легкую дрожь. Наблюдаю за ее эмоциями. Все на лице. До единой. И Стеф это нравится. Стеф кайфует. А меня медленно, но верно начинает клинить. Шатать и крутить уже просто от того, как она безоговорочно доверяет мне вести в этом танце. В какой-то момент я окончательно сдаюсь.
Шаг и еще шаг. Поворот…
Подол ее сарафана взлетает. Оплетает стройные ножки, что переступают,цокая каблуками. Ростовцева хохочет и обратно влетает в мои объятия.
Поцелуй…
Губы к губам. Дыхание к дыханию. Плавные движения в унисон. Слишком близко. Слишком, мать его, правильно! Так и должно быть. Мне нравится.
Новый шаг…
Новый поворот…
Новый вздох…
На финальных аккордах песни я подхватываю ее на руки и кружу. Стеф тихонько хохочет. Раскинув руки в стороны и запрокинув голову, кричит:
– Юху-у-у!
Лес отвечает ей легким эхом, а море грозным рокотом.
Я улыбаюсь. Карамелька смотрит на меня сверху вниз полным восхищения взглядом. Сердце за грудиной сжимается. Так тепло. Аж душа горит.
Из динамиков начинает играть следующая композиция. Тоже что-то медленное и ненавязчивое. Стеф прихватывает зубками меня за мочку уха и шепчет, обжигая горячим сбитым дыханием до самого нутра:
– Я хочу еще танцевать.
