Я отбиваю вызов и на удивительно твердых после такого-то количества выпитого сегодня алкоголя ногах иду к отелю, стремительно сокращая расстояние до своей пьяной Карамельки. Не знаю, то ли плакать, то ли смеяться.
Что вообще происходит в голове у этой дурной особы? Ее швыряет из крайности в крайность. Это я так не нее отвратительно влияю или свежий морской воздух дурманит? Или, может, Сашенька преувеличивает и все не настолько плохо, как нарисовалось в моей голове?
Глава 24. Обними меня
Стеф
Хаос. Вокруг царит полнейший хаос! Барная стойка у меня перед глазами плывет, извиваясь, как змея в припадке безумия.
Десятки бутылок элитного алкоголя за спиной у бармена танцуют, как подвыпившая я десять минут назад. И даже пол. Пол, подернувшись рябью, покачивается! Что с ним такое? Остановите его! Погодите, или это потолок? Я вообще сижу или лежу?
Проморгавшись, потираю глаза и понимаю, что все же сижу. Да не абы где, а на высоком барном стуле. Закинув ногу на ногу, держу в руках накренившийся бокал “Пина Колады”.
На плечи давит груз развалившихся мечт, рассыпавшихся надежд и чуточку градусы, с которыми я малость перебрала. Ладно, вру, не совсем “малость”, а “очень даже” перебрала.
Я пьяненько упираюсь локтями в столешницу. Промахиваюсь и чуть не падаю. Повторяю свои манипуляции и ловлю губами трубочку, с причмокиванием высасывая остатки коктейля со дна. Бакарди обжигает глотку. Бакарди – это вещь! Пройдя с ним все стадии от отрицания до принятия ситуации, осознание того, что я пьяна вдрабадан, накрыло неожиданно, ударив остро прямо в темечко!
Я жмурюсь, но не от удовольствия, а от попытки напрячь свой мозг.
Лихорадочно силюсь загнать своих захмелевших тараканов в кучу, но они разбегаются, заразы.
А мне ведь надо…
Что-то надо…
Что надо?
Я не помню, что мне надо! Грохнув стакан на мраморную столешницу, на нетвердых ногах поднимаюсь со стула. О-о-о, новый аттракцион! Теперь все кружится. Быстро, как в барабане стиральной машины. Юху-у-у! Ох, проклятье…
Я тоже кружусь.
Кажется.
Ой, нет, не кажется…
Дерьмо!
Перед глазами начинают мелькать люди, кони, звери, мухи, а-а-а…
– Стоп! Замрите все! – вскрикиваю, вскидывая руки. Еще немного, и у меня разовьется морская болезнь, а ранее съеденные мною устрицы найдут выход из тела не совсем эстетичным путем. Боже, какой позор, Стефа! Очередное дно пробито!
С трудом сглатываю вязкую слюну. Как же мне хреново!
То есть, сначала мне было хорошо. Даже чересчур.
