Не лечи мне мозги, МАГ! (СИ)

Тоже мне мыслитель! Но главное, что с Фабио все в порядке. Кота я любила безмерно, он был единственным, кто меня понимал и жалел. И такое умиление меня охватило, что защипало глаза. Я решила срочно потискать Фабио и дать ему вкусняшку.

Мой же ты хороший! Руки стали привычно гладить кота. Опустила взгляд на пол… что за черт? На моем новеньком ламинате цвета «дуб медовый», прямо посередине комнаты, была выцарапана пентаграмма.

— Эт-то что т-такое? — спросила я, заикаясь.

Меня начало потряхивать от злости.

— Теперь понимаешь, почему я расстроен? — со вздохом ответил он. — Даже пентаграмма не загорелась в вашем мире. Совсем все плохо с магией.

Чувствую, что у меня задергался глаз, а руки так сильно сжали кота, что он вырвался и с обиженным мявком спрыгнул на пол. Там демонстративно сел на попу и проехался через всю пентаграмму.

— Вот. Даже крыса со мной согласна! — тыкнул в Фабио пальцем Георг.

У меня задергались уже оба глаза. Больше себя не контролируя, с диким рыком набросилась с кулаками на мага.

— Т-ты! Т-ты знаешь, сколько стоил этот ламинат? А если бы ты поджег? Это не ваши каменные замки! Квартира бы полностью выгорела! — орала я и самозабвенно лупила мага, а он прикрывался руками.

Эффект неожиданности сработал в мою пользу, я получила доступ к телу. Но через несколько секунд Георг пришел в себя. Схватил меня за запястья и броском через бедро уложил на лопатки.

Видимо, не зная, как заставить меня замолчать, Георг сделал единственное, что пришло ему в голову: он меня поцеловал. Не церемонясь, напористо, со знанием дела — так что голова закружилась."

"Я по инерции еще пару раз слабенько стукнула его кулаками, а потом пальцы сами собой разжались. Ладони чувствовали упругие мышцы спины, а тело плавилось от желания.

Как он целовался! Из головы вылетели все мысли до единой. Я не помнила, кто я и где я. Все чувства сосредоточились на здесь и сейчас. Георг ласкал мои губы, подчинял их своей воле. Его язык сплетался с моим, властвовал и покорял. Маг пил мое дыхание, которое становилось все более прерывистым.

Увлекшись, Георг отпустил мои запястья. Его рука поползла под кофту и накрыла грудь. Это меня привело в чувство.