За старое надо бы спросить…"
"Производство самопальной водки он организовал еще в восемьдесят восьмом году на территории волынской металлобазы. Все бы ничего, но каким-то макаром об этом подпольном цехе узнала воровская братва. Семен отбил оба их наезда, но в конце концов остался крайним и загремел на три года в зону.
Осмол на него тогда наехал, а в СИЗО Семен встретился с человеком из его команды. Надо было убить Самокура, но рука не поднялась. Зато тот блатной сентиментальностью не страдал, и Семен едва не протянул ноги на острие его заточки.
Чудом он тогда выжил, а зашитая почка до сих пор дает о себе знать. Тот случай стал для него уроком, и больше он не оставлял врагов у себя за спиной. Потому и выжил в зоне. Потому и вышел оттуда в ранге реального авторитета…
Осмол сейчас где-то срок мотает. А директор металлобазы, возможно, остался на своем месте. Было подозрение у Семена, что этот жук ворам про подпольный цех рассказал. Но раньше как-то недосуг было заняться этим типом. А сейчас не мешало бы на него наехать.
И заодно металлобазу под себя подмять, вернее, кооператив, который при ней работал. Предприятие это солидное, товар сюда со всего Союза свозился, чтобы затем разойтись по Москве и области, но часть проката шла на экспорт. Но это раньше было. А сейчас внешние рынки открыты и металл за бугром в разы дороже, чем внутри страны, к тому же за него валюту платят. И наверняка начальство темнит с отчетностью так же, как это было раньше…
Есть еще кабельный завод, раньше он продукцию в страны Восточной Европы гнал, возможно, и сейчас на экспорт работает, а это валюта.
Если так, то у начальства рыльце в пушку. Но ничего, Семен зашлет туда своих людей, все выяснит, кого надо, прищучит и наладит относительно честный отъем денег у нечистого на руку населения.
Металлопрокатный завод под боком работает, арматуру там гонят, уголки, балки, швеллера. Может, масштабы производства там не очень солидные, но по-любому поживиться там будет чем…
В общем, работать надо, а не над богатствами, как тот Кощей, чахнуть.
Кит дальше собственного носа ничего не видел, потому волынская братва прозябает в забвении. А надо сделать так, чтобы это было и мощное, и богатое сообщество. Необязательно самое-самое, но чтобы вызывало уважение…
– И здесь будем работать, и в Москве, – сказал он. – А штаб-квартира так здесь и останется… И жить в поселке будем…
Семен махнул рукой, прогоняя зевак, что толпились у дверей в тренерскую. Война войной, а занятия в спортзале по расписанию.
