(Не) Лишняя для дракона

Корсет платья, наоборот, сполз вниз, открывая две полные, молочной белизны, груди.

Ноги ее были раскинуты в разные стороны и согнуты в коленях. Запрокинутое лицо с прикрытыми глазами было искажено в сладкой муке, с губ срывались хриплые стоны. Руками женщина держалась за плечи мужчины, который разместился между ее бедер, нависая над ней и двигая бедрами в томительном плавном ритме, то ускоряясь, то замедляясь. Одной рукой он мял белоснежные женские груди, то одну, то другую, дыша хрипло и рвано, делая паузы и с рычанием наклоняясь, чтобы губами ухватить алый сосок.

Девушки застыли, не в силах оторвать взглядов, завороженные зрелищем.

Мужчина двигался все ритмичнее и быстрее, мощно вбиваясь в женское тело. Женщина стонала громче и громче, и в один миг закричала, содрогаясь всем телом и хватаясь за мужчину.

Мужчина двинулся еще несколько раз и громко застонав, обмяк и замер. Наступила тишина, в которой слышались только утихающее дыхание любовников.

Девушки, окаменело стоявшие и глазевшие на парочку на траве, отмерли и, переглянувшись, начали быстренько отползать в сторону.

Выбравшись из кустов, они, не сговариваясь, со всех ног припустили в сторону замка."

"Через несколько минут, запыхавшиеся подружки затормозили у маленькой беседки, увитой лианами. Переглянувшись, они зашлись в хохоте, хватаясь за животы и утирая бегущие из глаз слезы.

— Ты видела, кто это был? — отсмеявшись, спросила Эли.

— Женщина — это леди Пола Волерн. Она училась со Стеф в академии, но старше на три года.

Сразу по окончании ее выдали замуж за лорда Воккери Он совсем старый, на шестьдесят или даже больше лет старше ее. — сморщила носик Тратти.

— Я помню лорда Воккери, он еще, к тому же скрюченный набок. А кто был мужчина, ты не рассмотрела?

— А мужчина — это… — закатила глаза Тратти, сделав драматичную паузу.

— Тратт, не томи, кто это?

— Это наш новый конюх, Глим. Он наполовину оборотень-медведь, наполовину человек.

— С ума сойти.

Она ведь леди и дракон! А он конюх! Разве так может быть? — тормошила кузину недоумевающая Элидари.

— Эли, ну ты же все видела своими глазами.

Некоторое время девушки молчали, думая каждая о своем. Лицо Эли было расстроенным, и Тратт заподозрила, что сегодня разбились какие-то юношеские идеалы ее нежной кузины.

— Знаешь, я никогда не думала, что ЭТО настолько интересует женщин, что они готовы лечь под кустом с конюхом. — медленно проговорила Эли.