Не мешайте палачу

Что, у генерала Минаева нет возможности обеспечить Сауляку охрану? Почему эта проблема вдруг стала вашей, а не его?

– Потому что Антон Андреевич Минаев не имеет в своем распоряжении оперативных аппаратов и не хочет огласки. Потому что Антон Андреевич Минаев обратился со своей проблемой к своему старому приятелю Александру Семеновичу Коновалову, а генерал Коновалов, в свою очередь, переложил ее на мои плечи. И потому что обеспечивать охрану Сауляка бессмысленно. Количество перейдет в качество, но суть результата от этого не изменится.

Если Сауляка будет охранять один человек – убьют или похитят обоих. Если на его охрану выделить пять человек – для достижения цели к воротам колонии явятся человек десять бандитов. Если вокруг Сауляка выстроить роту – понадобится войсковая операция, чтобы его достать. Но его же все равно достанут, пойми это. Два года он молчал, два года от него не просочилось никакой информации, но это совершенно не означает, что он ею не располагает. И те, кто сейчас проявляет к нему такой интерес, хотят эту информацию из него вытрясти, чтобы использовать в политической игре.

– Ну и пусть используют, – пожала плечами Настя. – Нам-то с вами что за печаль? На то она и игра, пусть резвятся."

"– Ничего-то ты не понимаешь, – покачал лысой головой Гордеев по прозвищу Колобок. – Во-первых, я получил приказ от генерала Коновалова, не выполнить который я не могу. У него есть оперативная информация о том, что готовится убийство или похищение человека, и он дает мне задание это преступление предотвратить.

Все, деточка, разговор окончен, сколько бы я ни дергался. Во-вторых, это мы с тобой – майор да полковник, люди тихие и незаметные, а они – генералы, лица, приближенные к императору. Им этот Сауляк тоже нужен, потому что оба они наверняка в чьей-нибудь команде. И хорошо, если в одной. Потому что если в разных, то мы с тобой еще хлебнем дерьма от них же. И вот я спрашиваю тебя, деточка: знаешь ли ты, что нужно сделать, чтобы довезти Павла Дмитриевича Сауляка от колонии в Самарской области до столицы нашей родины живым и невредимым?

– Знаю, – сказала она.

 – Я знаю, что нужно сделать. Только я не очень себе представляю, как это сделать.

* * *Он был спокоен и терпелив, как впавшая в анабиоз ящерица. До конца срока всего шесть дней, но его это оставляло равнодушным, потому что он никак не мог решить, хорошо это или плохо. Сауляк ежедневно читал газеты с того самого дня, как оказался в этой зоне, чтобы понимать, миновала ли опасность, но так и не понял.