Онлайн-библиотека книг
Убийца расстрелял жертву в упор у подъезда дома. Белым днем и на глазах у изумленной публики. Но он не может объяснить, почему это сделал.
– Сумасшедший, что ли? Или прикидывается?
– Это пусть врачи разбираются. А я хочу, чтобы ты «примерила» его на другие нераскрытые убийства. И выяснила, откуда у него оружие.
– А он что говорит? Что нашел или по почте в посылке получил?
– Так в том-то и дело, деточка, что он ничего умного не говорит. Несет такой бред, что слушать тошно.
– Да ну? Например?
– Например, он говорит, что украл этот пистолет у своего соседа по дому.
– А кто сосед?
– Работник милиции, представь себе. И никакой пистолет у него никто не крал.
– Точно не крали? Может, врет?
– Может, и врет. Короткова я послал разбираться с соседом, а ты займись личностью этого стрелка-психопата. У нас по Москве десятки таких убийств. Посмотри, может, что проклюнется. Если он действительно маньяк, то не исключено, что это у него далеко не первый заход на подвиги.
Конечно, Настя это знала. Раскрытие любого убийства еще с древнейших времен начинается поиском ответа на вопрос: Qui prodest? Кому выгодно? Кто шляпку спер, тот и тетку пришил, как утверждала незабываемая Элиза Дулитл. При этом под выгодой понимается не только материальное обогащение, но и психологический комфорт. В конечном итоге убийства из мести или ревности тоже несут определенную выгоду убийце: для него с лица земли исчезает негативный раздражитель.
Ближе к вечеру Настя вытащила из сейфа и разложила на столе копии собственных аналитических справок о нераскрытых преступлениях.
Нераскрытые убийства были сгруппированы в ее записях по сериям. Настя обычно выбирала разные основания классификации, и по каждому отдельному основанию разбивала преступления на группы. Были группы, в которых преступника видели и в которых его не видел никто. Были группы, собранные в зависимости от способа убийства.
