Теперь Чинцову понятно, что Сауляк спрятался далеко и надолго. Не найти его. И надежду на эту женщину пришлось оставить. Судя по тому, куда она каждое утро отправляется, она работает в Главном управлении внутренних дел Москвы. Что общего у нее с Павлом? Впрочем, родственница – она и есть родственница, и никакого значения не имеет, где она работает. Все равно понятно, почему она с ним встречается. Плохо только, что задействовать ее нельзя, даже если она такая же, как и сам Сауляк.
Но раз в распоряжении Чинцова нет ни Павла, ни этой женщины, то что же он может предложить своим новым нанимателям? Как ни грустно это признавать, ничего экстраординарного.
Самый обычный набор услуг. А они-то рассчитывают на то, что он умеет и может гораздо больше. В этом его ценность. Интервью Ратникова – его визитная карточка. Ах ты черт возьми, какая незадача!
Машина свернула с шоссе на проселочную дорогу и вскоре остановилась у высокого глухого забора. Сидевший за рулем Сережа коротко просигналил, и почти сразу же из калитки вышел здоровенный парень в пятнистой униформе.
Взяв протянутый Чинцовым документ, удостоверяющий его принадлежность к Думе, он отошел на несколько шагов и что-то проговорил в переговорное устройство, после чего широкие ворота распахнулись, позволяя автомобилю проехать на территорию охраняемого участка.
На крыльце Григорий Валентинович увидел еще одного охранника, такого же накачанного и в такой же униформе. Судя по стоявшим возле дома машинам, он приехал не первым.
Этот охранник тоже посмотрел его документы, прежде чем впустить в дом. Наконец Чинцов смог войти. Он торопливо разделся, чувствуя неприятное посасывание где-то в желудке. В первый-то раз он держался с новым хозяином куда более уверенно, потому что Сережа в этот момент отслеживал женщину, которая могла вывести на Павла, а то и сама стала бы работать на них. А сегодня что он будет говорить? Какие обещания сможет дать? За какие поручения сможет взяться? Отступить бы, да некуда.
Деньги обещаны хорошие, от них отказываться жаль. Да и чем оправдываться? Рассказывать про Павла? Нельзя. Павел – ниточка к другим преступлениям и грязным делишкам, о которые Григорий Валентинович ручки замарал. И потом, признайся он, что главный его козырь – Павел Сауляк, так им проще Павла разыскать и себе на службу поставить, а Григорий Валентинович им и нужен не будет. Нет, про Павла и заикаться нельзя.
