Не мешайте палачу

Я уже полгода в милиции не работаю. Уволился на пенсию."

"Стасов про себя улыбнулся. Он по опыту знал, с какими огромными задержками проходит справочная информация. Эти деятели устанавливали его личность через ГАИ по номеру машины. В кадрах МВД есть сведения о том, что он больше не является сотрудником милиции, но в ГАИ-то эти сведения никому и в голову не пришло направить. По сводкам ГАИ он так и числится подполковником милиции. И будет числиться еще долго, пока машину менять не придется. Регистрируя новую машину, он, конечно, укажет, где и кем работает.

Но это когда еще будет…

– В таком случае на каком основании вы за мной следите?

– Хочу – слежу, – Стасов позволил себе улыбнуться открыто. – Никто мне не может запретить ходить по тем улицам, которые я выбираю. Даже в том случае, если по этим улицам ходите вы. Я не знаю, кто вы такой, но повторяю еще раз: слежкой за сотрудниками ФСБ я не занимаюсь.

– А как же в таком случае называется то, что вы делаете? Извольте объясниться.

Я – генерал ФСБ, вы ходите за мной по пятам, причем даже не отрицаете этого. И как же это, по-вашему, называется?

Владислав расхохотался.

– Вы что, серьезно? Вы – генерал ФСБ?

– Прекратите паясничать, – Минаев повысил голос и стал говорить зло и напряженно: – Не делайте вид, что вы этого не знали.

– Но я действительно этого не знал. Честное слово.

– Почему я должен вам верить? И в конце концов, почему вы за мной следите?

– По поручению заказчика. Я, видите ли, частный детектив.

Мне поручили – я слежу. А вы имеете что-нибудь против?

– У вас есть лицензия на частную сыскную деятельность?

– Обязательно. Она там же, в бумажнике. Велите своему Игорьку, пусть посмотрит.

Минаев зыркнул в сторону Игоря, стоящего за спиной у Стасова, и тот снова зашелестел бумажками.

– Да, Антон Андреевич, – послышался его голос. – Лицензия есть. Выдана в августе 1995 года.

– И кто ваш заказчик?

– Ну, Антон Андреевич, это несерьезно, – снова улыбнулся Стасов.

 – Разве я имею право разглашать тайну? Вы же первый не станете меня уважать.

– Послушайте, – голос Минаева снова стал спокойным и терпеливым, – мне кажется, вы не понимаете всей серьезности положения. Вы что же думаете, мы тут в игрушки с вами играем? Я повторю, если вы не поняли: я – генерал ФСБ. Я работаю в контрразведке. И если обнаруживаю за собой слежку, то с полным основанием считаю, что это связано с моей служебной деятельностью.