Некоторое время нахожусь в сомнениях: раздеться и устроить себе контрастный душ или всё-таки рвануть в Шарден к любвеобильной грудастой блондинке. И что-то, чем дольше пытаюсь вызвать в памяти прелести Лары, тем ярче перед глазами бледное лицо Айви, моей девочки, моей истинной. И не только лицо, надо сказать.
Всё-таки в душ. Да и вставать завтра рано.
Стук в дверь останавливает меня на полпути в купальню.
Кого там ещё принёс Хаос?
Открываю, и меня окутывает нежный аромат ванили и земляники. Две ладошки с изящными длинными пальцами ложатся мне на грудь.
– Айви? Что так поздно? Что-то случилось?
Глаза у моей девочки прикрыты, она словно в беспамятстве. Но все мысли о том, что что-то не так, улетают после первых же её слов.
– Рон, родной, я так скучаю по тебе, – заявляет она и, привстав на цыпочки, тянется ко мне полуоткрытыми губами.
Ваниль и лесная земляника с полянки, прогретой летним солнцем. Моя солнечная девочка.
Ещё какой-то знакомый аромат пробивается в мой мозг тревожной ноткой, но всё исчезает, когда я приникаю к губам своей истинной, мягким уступчивым, готовым к любви и поцелуям.
Не веря, что это не сон, проникаю языком в рот. Глотаю стон, страстный, полный желания.
«Моя», – требовательно рычит мой дракон.
«Моя», – соглашаюсь я.
Айви прижимается ко мне всем телом, трётся животом о мою набухшую плоть. Подхватываю её под бёдра и слетаю с катушек. В следующий миг я уже прижимаю её к кровати всем телом. В руку знакомо ложится полушарие её груди.
Почему «знакомо» думать некогда. Сорочка тонюсенькая, её словно бы и нет. Острая вершинка нетерпеливо тычется в руку, требуя ласки. Она в таком виде шла по коридору? И откуда у меня ощущение, что между нами уже что-то было? Не на уровне поцелуев, а несколько глубже.
– Рон, тебя так давно не было. Я так соскучилась, – стонет Айви, извиваясь.
Её пальчики царапают коготками мою спину, торопятся вниз, цепляются за пояс моих штанов.
Стоп! Что происходит? Перехватываю её руки за запястья, соединяю эти хрупкие веточки в одной своей ладони и прижимаю к постели над её головой.
С удивлением замечаю золотистый кружок на нежной коже. Метка? Неужели она так на неё подействовала. Бред, так не бывает.
Второй рукой отжимаю своё тело от постели и от упругой груди, которая сама с готовностью в меня вжимается. Ох и трудно же сделать это добровольно. Но надо обездвижить. Пока она меня гладит, соображать я не очень…
Хаос, так ещё хуже.
