– Значит, не хочешь, чтобы я тебя запер и охранял, как и положено дракону, стерегущему своё сокровище?
Рон по-прежнему нависает надо мной, заполняя собой всё пространство, укутывая меня в одеяло своего сложного древесного аромата с нотками сандала и можжевельника, согревая горячим дыханием мои губы. И мне так сложно сказать «нет». Но я должна.
– Не хочу… Ой, я не в том смысле, – мечусь я, пытаясь подобрать правильные слова.
– То есть ты хочешь в рейд?
– Ну да, мне нужно …
–…в рейд на корабле, под завязку набитом мужчинами, и без меня?
Не вижу в темноте, но по интонации чувствую, что Рон улыбается.
Он надо мной подтрунивает?
А мне сейчас не до шуток. Сейчас решается моя судьба. А точнее, наша с ним.
– Мне нужно понять, – решительно говорю я. – Что нужно этому мерзкому Микелю от меня? Это единственный способ уберечь нашего сына от опасности.
Внутри разливается горькое чувство. Сын. У нас обязательно будет сын. Но это ведь будет уже другой ребёнок? Желанный, любимый, но другой. А Арвен растворится в памяти о том будущем, которому уже не суждено произойти.
– Что случилось, Айви? – с тревогой спрашивает Рон, ласково проводя подушечками пальцев по моим мокрым щекам.
Я что, расплакалась?
– Всё в порядке, Рон.
– Айви, давай раз и навсегда решим, что между нами нет недомолвок. Я не смогу тебя защитить, если не буду знать всё.
– Я ничего не скрываю… Я просто вспомнила Арвена.
Как я ни пытаюсь сдержаться, у меня вырывается всхлип.
– Ты думаешь, что его больше не будет? – Непостижимым образом Рон считывает мои опасения.
– Маги не умирают навсегда, даже если их тело исчезает. Есть у меня одно предположение…
Рон замолкает, а я, затаив дыхание, жду продолжения. Одна его фраза «маги не умирают навсегда» будит в моей душе безумную, ни на чём не основанную надежду.
– Рон? – не выдерживаю я.
– Иногда хранителем души дракона может стать фамильяр.
– Что?!
Я подскакиваю и врезаюсь лбом в Рона, который в этот момент склоняется надо мной.
Удар получается чувствительным даже для моего лба.
Подозреваю, что брови Рона досталось сильнее. Он садится на кровати, растирая пострадавшее место ладонью."
"– Прости, – сконфуженно говорю я.
– И как я буду объяснять свой заплывший глаз? – ворчит Рон. – Рассказывать всем, что меня жена побила?
– Ой брось! Разве у драконов нет регенерации? К утру и следа не останется.
– Всё-то ты знаешь о драконах, – с подозрением в голосе начинает Рон.
– Угу, жила с одним целых пять лет, – парирую я.
