В знакомом запахе появляется терпкая нотка, вызывая внутри тягучее болезненно-сладкое ощущение. Я даже глаза прикрываю на миг. Сквозь все мои переживания и обиды прорывается то, о чём я хотела бы забыть. Неужели я соскучилась? По Рону? Или по той мечте, которой он был для меня?
В кабинете что-то падает с громким звуком. Оказывается, Рональд там. В панике пячусь к выходу.
Надо уходить. Не время и не место хотеть и мечтать. Шаг, ещё шаг назад, налетаю спиной на нечто большое и упругое. И оказываюсь в кольце рук.
Бойтесь своих мечтаний. Не почудился мне запах сандала.
– Так быстро уходишь? – раздаётся над моей головой знакомый голос, а волосы согреваются тёплым дыханием. – Не спеши, Айви. Я хотел поговорить с тобой в спокойной обстановке.
Рональд говорит мягко, руки его при этом не стискивают меня в объятиях, а лишь едва касаются. Наверное, поэтому оттолкнуть его и возмутиться у меня не хватает духу.
Он зарывается в мои волосы и, втягивая носом воздух, тихо-тихо шепчет, словно бы самому себе:
– Лесная земляника.
Вкусно.
Мои ноги слабеют.
– Идём в кабинет, Айви, а то Парсонс вернётся.
– Я не могу, – мой голос срывается, и я заканчиваю шёпотом: – У меня… у меня лекция.
– Подождёт твоя лекция. – Рон губами прихватывает верхушку моего уха, и тело пронизывают обжигающие разряды."
"Вздрагиваю и рефлекторно выгибаюсь в спине.
– Нет, пожалуйста, – прошу я шёпотом, но получается не очень убедительно.
Объятия становятся крепче, мои ноги отрываются от пола.
Боль в мышцах, которую Рон пробудил неосторожным касанием, возвращает меня в реальность.
– Пустите, господин ректор, – пищу я и, вспомнив, добавляю: – В вашем кабинете кто-то есть. Куда вы меня несёте?
– Айви, в мой кабинет никто не может войти, пока меня там нет, не придумывай, – с укором говорит Рон. – На нём магическая защита.
– Но мне больно.
– Поэтому не барахтайся. – Рон перехватывает меня поудобнее под колени, делает шаг и… спотыкается об оставленный мной пакет.
Сразу же восстанавливает равновесие. Но я уже успела испугаться.
От страха, что Рон может меня выпустить из рук, я крепко обнимаю его за шею и утыкаюсь носом в гладко выбритую щёку. Лёгкие расправляются, впитывая родной запах, разнося его с током крови по всему телу, наполняя каждую клеточку.
Горячее дыхание обжигает мои губы. Рон медлит, а я прикрываю глаза и замираю. Лёгкое, почти невесомое прикосновение.
