( Не ) мой ребенок (СИ)

Долго сижу в кресле в гостиной, гипнотизирую мобильный. Может, и к лучшему, что не ответила?

И тут она мне перезванивает.

— Глеб? Я не поверила своим глазам, когда увидела твой номер…

— Почему не брала трубку? — спрашиваю серьезным тоном.

— Знаешь ли, дела, дела… — тянет она жеманно. — У меня без тебя, вообще, очень насыщенная жизнь. Что ты хотел?

— Приезжай, давай нормально поговорим, — отвечаю со вздохом.

— Что мне, делать больше нечего? — В ее голосе сквозит самодовольство.

— Не хочешь? Ладно, я понял…

Уже собираюсь положить трубку, как она тут же начинает пищать:

— Глеб, я приеду! Я первым же свободным рейсом прилечу… Ты меня встретишь?

Я никак не могу прийти в себя после разговора с Глебом.

Мысли путаются, а в груди жжет и давит, прямо как в то время, когда я жила с Антоном.

Лежу на кровати пластом и не знаю, что мне теперь делать со своей жизнью.

Не покидает чувство нереальности происходящего. Еще вчера я была счастливой невестой, любимой женщиной.

Зато сегодня уже никакая не любимая, а так, не пришей кобыле хвост. Брошенная и совершенно ненужная.

Бесконечно кручу в голове, что я могла сделать вчера, чтобы избежать того, что случилось. Я ведь всего лишь пыталась выгадать немного времени, чтобы избежать непоправимого и при первой же возможности выскочить из квартиры. А не начни я отвлекать Антона разговорами, Глеб мог застать его за тем, как он сдирает с меня одежду или делает что-нибудь похуже. И не факт, что Глеб поверил бы, что все не по моей воле.

Хотя нет, факт, что не поверил бы, судя по его реакции! Куда ни глянь, всюду клин.

Хотя, без сомнений, во вчерашнем есть немалая доля моей вины.

Я могла запереть дверь! Тогда Антон не пробрался бы в квартиру так просто. Но ведь я держала ее запертой, пока искала паспорт. Открыла ее, только когда собиралась выходить, а потом вспомнила, что забыла пакет с платьем, вернулась за ним. Обернулась, а в дверях этот шизик…

Я могла рассказать Глебу про Антона раньше.

Могла… Больше того, должна была! У меня был миллион возможностей это сделать, ведь мы с ним много говорили по душам. Я рассказывала о детстве, школьных годах. Но замужество для меня всегда было самой болезненной темой, поэтому я ее обходила. Антон полгода не появлялся! Откуда я могла знать, что он станет меня выслеживать? Я ждала, что он станет меня преследовать, сразу после того как сбежала, но не через полгода.