– Алис, тут это… к тебе пришли… – Вика мнётся в дверях кухни, и я вижу Марка, значительно возвышающегося за спиной невысокой подруги.
– Если я помешал, – раздаётся бас Артова, – могу оставить тебя с девочками.
Замираю, переводя взгляд на Вику. Я люблю подруг и готова проводить с ними тонну времени, но сейчас мне до трясущихся поджилок хочется остаться с Марком вдвоём.
– Мы пойдём, – Вика тянет Ленку за руку, – и так полдня торчим у тебя. Пора по домам.
Провожаю подруг, возвращаясь к задумчивому рычащему мужчине.
– Забыл тебе вчера сказать, что Вика приходила, – притягивает меня к себе, заключая в крепкие объятия. – Мы отвлеклись.
– Зато сегодня, кроме Вики, пришла ещё и Ленка, чтобы расспросить, что же Марк Алексеевич делал в моей квартире поздно вечером, – улыбаюсь, даю ему понять, что всё, что я сказала о Марке подругам, плохим быть не может. – Думала, ты не приедешь, задержавшись на семейном ужине в ресторане.
– Провёл в обществе новоиспечённой родни час и под предлогом неотложных дел тихо и незаметно покинул ресторан.
Я там, к слову сказать, совершенно лишний. Меня с девочками весь вечер обсуждали?
– Да. Девчонки спрашивали, какой ты.
– И какой?
– Потрясающий, – честно отвечаю, касаясь его губ.
– Чудовище может быть потрясающим? – Тёмная бровь взмывает вверх.
– Моё чудовище – несомненно.
Глава 19
Артов
Не могу оторваться от Алисы, отлепиться не могу. Готов проводить с ней всё свободное время, разговаривать, слушать, узнавать, открывать её для себя с неизвестных сторон.
Она, в свою очередь, познаёт меня: Алисе интересно, действительно интересно, что я думаю, о чём мечтаю, что планирую.
Этим она и подкупает. Никто до неё не интересовался тем, что у меня глубоко внутри, что волнует, о чём переживаю. Каждый её взгляд сводит с ума, каждое прикосновение заставляет желать большего, тепло Алисы рядом убаюкивает, успокаивает мою одинокую душу.
Я окончательно определился, понял, что никого другого, кроме Алисы, рядом не желаю. За невероятно короткий срок она стала для меня особенным миром, который покидать совсем не хочется.
Она моя. Вся. Без остатка.
Но о своих чувствах Алиса молчит. Хочет сказать, и я вижу, как порывается озвучить что-то важное для нас обоих, но в последний момент словно сама себя останавливает, тормозит, видимо, опасаясь, что не отвечу взаимностью.
Почему всё так сложно? Почему мы сами для себя выставляем барьеры, которые легко можно обойти, разрушить или вообще не создавать?
Я даю нам время.
