– Что? – Девчонки вскакивают с места. – А Полина?
– Всё. Разошлись, как в море корабли в разные стороны.
– Ого! А что случилось?
– Не знаю, – пожимаю плечами. – После дня рождения отца вернулись в город, и Полина, собрав вещи, съехала от Паши. В чём причина раздора, Марк не знает, но уточнил, что инициатором был именно брат.
– Обалдеть. – Вика ошарашенно замирает. – Если даже такая, как Полина младшего Артова не смогла удержать, мне тем более ловить нечего. Я себя, конечно, уродиной не считаю, но до модельной внешности мне ой как далеко.
В его постели женщин перебывало столько, что за месяц не сосчитать. Это невозможно.
– И даже то, что быть не может, однажды тоже может быть! На собственном опыте тебе говорю. Не зарекайся, – указываю на подругу.
– Алиса – это! – восклицает Надя. – Точно – оно.
Это. Согласна. Моё платье, чувствую кожей, насколько мне в нём комфортно и легко дышать. В меру пышное, с ажурной вышивкой и открытой спиной – превосходно. Марк точно оценит, несомненно.
Через два дня рычащее чудовище станет моим законным мужем, и я с полным правом буду наслаждаться несносным боссом каждую минуту, прикасаться и любить так, как пожелаю.
Мне могут говорить о Марке всё, что угодно, указывая на его недостатки, но больше я никого слушать не намерена, руководствуясь исключительно безмерным чувством любви к желанному мужчине.
Артов
Все свои чувства к Алисе я могу описать одним словом – голод.
Всепоглощающее чувство, охватывающее меня при мысли о ней.
Кажется, я готов её сожрать целиком, поглотить, лишь бы насытиться: губами, телом, душой в особенности.
Вижу Алису и жадно впиваюсь в неё, утоляя изголодавшееся желание. Насыщаюсь, и меня отпускает, и тогда я совершенно спокойно могу находиться рядом с ней и разговаривать, касаться и смотреть на её губы.
Но голод всегда возвращается – снова и снова, и всё начинается заново. Замкнутый круг.
Она уже два дня в своей квартире, готовится к свадьбе, и я, будто на самой жёсткой диете, ограничиваю себя во всём, отказываюсь от самого сладкого и манящего десерта.
И жду. Жду, когда можно будет сорваться и поглотить запретное лакомство, насладиться желанными сладостями.
Поставил перед фактом её и заодно всю свою семью. Моих доводов было достаточно, чтобы она безоговорочно согласилась на всё.
Но сейчас меня съедали сомнения, пробираясь под кожу гадкими и скользкими щупальцами.
